Ювелирная работа

И чем сложнее и безвыходнее представляется ситуация, тем яснее должно быть сознание того, что в противном случае удачи не видать.

Элоиза вышла из душа уже одетая. Маркус ждал ее у дверей. Он внимательно смотрел на нее. Она устремилась в холл, он обнял женщину за талию, привлек к себе, нагнулся к ее лицу, скользнул языком по нижней сочной губе. Затем распустил ее волосы и зарылся в них лицом.

Элоиза услышала сигнал таксиста и подалась, вперед. Маркус удерживал ее, сколько мог.

– Я поеду с тобой до отеля, – вызвался он.

 – Провожу тебя в твой номер.

– Нет, Маркус. Нет! До завтра! – сухо попрощалась она.

– До завтрака, – поправил он. – Если ты видишь в этом необходимость, – сдержанно ответила Элоиза и удалилась.

Элоиза не засыпала долго. В иной ситуации она вспоминала бы его любовные ласки. Но заблуждений больше не оставалось, и Элоиза раздумывала над обвинительными доводами Маркуса.

Она не могла забыть и простить того озлобления, с которым он обвинил ее и мать в воровстве."

"Элоиза Смит не идеализировала Хлою Бейкер с тех пор, как стала подростком.

Она понимала, что мать зарабатывает на жизнь не кропотливым трудом праведницы, а случайными удачами, используя благосклонность фортуны и богатых мужчин. Элоиза не осуждала, но и не оправдывала подобный способ существования.

Она догадывалась, что ее матери часто приходится идти на компромиссы с совестью для того, чтобы гарантировать себе и своей дочери завтрашний день. Но Элоиза не собиралась сочувствовать ее богатым покровителям, потому что Хлоя никогда ни для кого не была обузой.

Веселая, остроумная, осторожная, умная, она непринужденно чувствовала себя в обществе и по праву становилась украшением любого приема. И мужчина, который появлялся там под руку с ней, вне зависимости от того, имел он с Хлоей интимные отношения или ограничивался дружескими, как чаще всего и бывало, чувствовал себя при этом превосходно.

Хлоя мастерски умела поднимать самооценку своего спутника, за это ее и любили мужчины.

Впрочем, Элоиза старалась не вникать в обстоятельства личной жизни своей матери.

Они так мало были вместе, что девушка дорожила каждым мигом общения с Хлоей. Она просто любила ее, любила беззаветно – не только как мать, но и как единственного близкого человека, оставшегося после смерти бабушки и дедушки.

Маркус не запугает ее судом. Быть может, это даже лучше. Однако тогда Элоизе пришлось бы услышать много скверного о Хлое, защищаться, оправдываться, чего ее натура никогда не принимала.