— Иди, — процедил Кебрим Морхане, не удостоив Погодина своим ответом, но сам остался в коридоре вместе с охраной. Все находящиеся в блоке легара выдохнули с облегчением.
Охранники распахнули красивые резные двери, выполненные из благородного дерева, и пропустили женщину, после чего тут же их закрыли. На звук оглянулась Алейна, встретившись взглядом с матерью. Морхана застыла, как изваяние. Дочь тоже не двигалась.
— Малышка моя, — отмерла женщина, бросаясь к своему ребенку. Алейна подбежала к матери и крепко ее обняла.
Губы девушки что-то шептали. Мы знали, что дочь предупреждает мать о нашем плане, но вот сторонний наблюдатель не смог бы в этом заподозрить ничего предосудительного. Руки женщин соединились, значит зелье шаманов уже попало к Морхане.
— Как же я по тебе соскучилась, — тихо сказала она, — так хотелось хотя бы еще один разок на тебя взглянуть. Ты счастлива?
— Очень, — ответила Алейна, — лишь разлука с тобой разрывает мне сердце, мама.
Женщина всхлипнула и закрыла лицо руками. Тоже вроде бы ничего подозрительного, но мы знали, что в этот момент Морхана выпила содержимое крошечной бутылочки.
— Мама! Мама! Что с тобой! Очнись! Умоляю! — причитала Алейна вполне натурально и даже крупные прозрачные горошины слез текли по ее щекам. Дочь поглаживала ладони матери и крошечный пузырек уже давно перекочевал обратно, — Помогите!!! Маме плохо!
Алейна завопила так громко, что двери тут же открылись и в помещение ворвалась охрана, затем Погодин, а следом и лорд Кебрим с телохранителями.
— Морхана! Что с тобой? — заорал он, бросаясь к бесчувственной женщине.
Алейна поднялась сразу, как только тело матери оказалось в руках «маски». Она аккуратно отошла в сторонку и встала вплотную к утилизатору, а бросившийся к ней Стас, закрыл для всех обзор. Было понятно — основная улика нашей аферы уничтожена, осталась самая трудная часть плана. Политическая.
Я только сейчас обратила внимание, какие у лорда Кебрима руки.