Ты можешь сказать, кто его сделал?
И откуда он взялся у бедной, как мышь, Гринс. Вернее, у ее отца.
Но это, разумеется, бесполезно спрашивать, раз уж сама Гринс не знает.
— Как ты думаешь, может ли быть такое, чтобы эти два артефакта сделал один и тот же человек? — поторопил я дядю Кевина спустя несколько минут.
Тот, прибавив к моноклю лупу, крутил артефакт в руках.
— Может. А может и нет. Кайден, я не джинн и не ясновидящий. Стиль похож, почерк, в остальном… — Дядя Кевин пожал плечами.
— А что за буквы? “К.
Несколько секунд дядя Кевин буравил меня взглядом.
— Подпись владельца или мастера.
— Ты его знаешь?
— Впервые вижу. Можешь оставить мне, я попробую выяснить что-нибудь среди знакомых. Но это дело небыстрое.
— Не нужно, — вздохнул я. — Спасибо.
— Подожди. Дай я… попробую все-таки чем-нибудь помочь.
Дядя Кевин старательно перенес на бумагу надписи на кругляше и на портальном артефакте Гринс.
— Последний вопрос, — уже стоя у двери, спросил я. — Ты что-нибудь знаешь о том, почему магия может проснуться только в восемнадцать?
— Ты об адептке Гринс? — поднял брови дядя Кевин.
В общем, от дяди Кевина я едва смог унести ноги, пообещав, что обязательно отправлю к нему катастрофу.
Когда я вышел из его кабинета, Гринс ждала меня, злобно притопывая ногой.
— Идем! Кайден, уже пять вечера! Мы опаздываем!
— Таверна от тебя никуда не убежит, катастрофа. И вообще, нам с тобой хорошо бы позаниматься и не тратить время на ерунду.
— Это не ерунда! — отрезала Гринс. — Там сегодня пирог с потрохами! Народу будет — толпа!
Я почувствовал, что меня со всех сторон сжимает ее магия.
— Урок номер два, Гринс. Всегда помни, какой силой ты обладаешь. Будь на моем месте кто-то другой — его бы расплющило. — Гринс побледнела, и я поспешил ее успокоить: — Ты привыкнешь со временем. Относись к себе примерно как к неразумному ребенку, который легко может поднять кувалду и расколотить ею все, что попадется под руку. Идем.
В этот раз Гринс не заставила меня ждать под дверями таверны (хотя ей явно хотелось, по глазам видел).