И встретила врага во всеоружии. Ведь устоять перед несколькими десятками килограммов обаяния, шерсти и совершенной зубастой улыбки было как-то…
Ну, предположим, проблематично.
Так что когда раздался слаженный возмущённый вопль, а в бассейн приземлилось сразу несколько тел, в компании заливисто лающих хаски, мы дружно вздрогнули, резко обернувшись. А я ещё так и глаза от удивления выпучила, когда кто-то очень знакомо и крайне ехидно, возмущённо булькнул:
— Эрик, забери свою клыкастую братву! Они мне портят нервы, одежду и впечатление!
— Кальянов, будь человеком… — другой, мужской и не менее, скажем так, знакомый голос заставил меня нервно усмехнуться.
Совесть в этой компании была так же таинственна и никем не видана, как пресловутая чупакабра. Происхождение и существование оной пока что не доказано даже британскими учёными, ага.
Недовольно ворча себе под нос, я нехотя поплелась к месту преступления. В смысле, происшествия, где я воочию убедилась, что банда, кажется, только что притопила всех внезапно нагрянувших гостей.
Так что встав у края и уперев руки в бока, я привычно выдала:
— Банда, брысь! А не то…
Сообразительность у этой мохнатой пакости, подкреплённая горьким опытом, вызывала порою тихую зависть. Потому что я ещё даже угрожать не начала, а они уже в рассыпную кинулись из бассейна, тут же принявшись отряхиваться от воды.
Правда, реакции ответной так и не дождались. Потому как я, совсем не красиво так вылупившись, во все глаза глазела на жертв собачьего произвола. Благо хоть челюсть успела поймать до того, как она благополучно отвалилась вниз и язык прикусила, проглотив все короткие, но ёмкие слова исключительно нецензурного окраса.
— Календарь майя мне полбу, — наконец, сумела хоть что-то из себя выдавить, сглотнув и делая шаг назад.
— Тот же хрен только в профиль, — отмерла в свою очередь небезызвестная Анька Солнцева, успев проплеваться и даже сесть на бортик, глядя на меня не менее озадаченно. Хотя не сказать, что бы уж совсем удивлённо.