На практике это выглядело примерно следующим образом: если мальчик в детсаду дёрнул тебя за косичку, – дай ему в нос! Именно в нос, без предисловий и объяснений, мальчики этого очень не любят, но всерьёз драться с девочками уже стесняются. (Маленькая Рахиль гордо ходила с жиденькой косой, а треть её группы с распухшими носопырками…)
Дальше – больше. Одноклассник на школьном балу прижал в угол и елозит потными ладонями по коленкам – целуй его взасос прямо на уроке у доски – отворот стопроцентный! (Вынужденно сменили место учёбы восемь половозрелых недорослей…)
Педагог делал непрозрачные намёки – давай ему взятку в десять рублей пятнадцать копеек, вломившись на педсовет, и рыдай в голос, что не смогла заработать больше, но отдашь с лета! (Правда, в этом случае две школы пришлось сменить уже самой Рахили, но ведь главное – принцип…)
Что она творила с сержантами своей части в израильской армии – предлагаем домыслить самостоятельно.
– Ну а этот прокуратор, как вы уже поняли, тоже долгое время пожил в Иерусалиме и соответственно нахватался много умного. Что же он сделал? Он таки сказал: «Я умываю руки!» Типа вершите что хотите, я в вашем иудейском привате не участвую, я весь крайний, у меня милое алиби, я вообще, блин, сплошной итальянец!
Рахиль перевела дыхание, внимательно прислушиваясь к реакции публики.
Нет, честное слово, у фаллоимитирующего столба оставалось всего четверо эльфов, включая и Вершителя. Прочие дёрнули на охоту за Иваном и Миллавеллором, а эти остались стеречь деятельную еврейку. Девушке ничего не оставалось, кроме как усыпить бдительность врага байками в надежде дать дёру.
В том смысле, что эльфы охотно согласились послушать яркий и захватывающий многосерийный боевик под названием «Ветхий Завет». Кое-где ей даже аплодировали, но эпический пересказ скитаний еврейского народа (особенно слушателей поразили сорок лет скитаний по сравнительно небольшой пустыне…) постепенно убаюкивал.