– Что значит «возможность получить свободу»? – спросил он. – Разве ее получат не все?
– Ну конечно все, сын русалки. – Джованни ехидно оскалился. – Все, кто выживет в последней бойне за свободу!
Инео почувствовал резкий приступ тошноты.
Остальные рабы тоже нервно заерзали на местах и зароптали еще громче. Все они понимали, что означают слова Джованни.
Завтра они сразятся друг с другом, и выживут лишь единицы.
– Ты обещал свободу каждому, кто продержится год, – злобно процедил Инео.
Джованни приблизился к Инео и склонился над ним.
– И я сдержу обещание. Ты же не думал, что я просто так вас отпущу? Ты подкинул мне гениальную идею, когда предложил из простых боев насмерть устроить целую борьбу за выживание длиною в год. И у этой борьбы должен быть фееричный финал! Завтра ваша бойня станет грандиозным завершением праздника. На это представление раскупили все места еще две недели назад. Пятеро выживших получат Вольную.
Инео выдержал презрительный взгляд Джованни, хотя желание вцепиться в его шею голыми руками было настолько велико, что он ощутил зуд в ладонях.
– Но хорошие новости еще не закончены. – Хозяин отступил на несколько шагов от Инео и продолжил: – Поскольку завтра выживут не все, я решил сделать вам подарок. Для вас подготовлена горячая вода в купальне, а в темницах ждет вкусная еда, питье и еще кое-что, что вас очень порадует. Ешьте, пейте, развлекайтесь вдоволь, а завтра покажите зрителям самый красочный бой, который прославит ваши имена на долгие годы!
Джованни ушел, а рабы начали с беспокойством обсуждать новость.
– Вот мерзавец! Стоило ожидать от него такой подлянки, – тихо, чтобы не услышали стражники, возмутился Хильяс, молодой крепкий парень, которого родители еще ребенком продали в рабство в уплату долга. На арену Джованни он попал после того, как дом его господ, которым он служил с малых лет, разграбили пираты.
– Я бы тоже переживал на твоем месте, Хильяс, – усмехнулся Фенрис, злобно сверкнув глазами.
Товарищи Фенриса, такие же ублюдки, как и он сам, дружно загоготали.
Хильяс сделал было шаг в сторону Фенриса, но стражники, окружавшие арену, тут же оказались рядом.
– Выяснять отношения будете завтра, – прогремел один из них. – А сейчас живо в умывальню. Не стоит пренебрегать добротой и щедростью хозяина.
Инео сердито сплюнул на землю. Щедрость, как же.