Но это самые первые трудности в жизни, а ты ломаешься. И она тоже. А как же… ну, в жизни же бывает всякое, да?
- Ты еще скажи, как ждут с…
- Ждут, Ром, ждут. Я считаю, это испытание вам только на пользу. Если выстоите сейчас – выстоите в любой ситуации. Вы молодые, максималисты. Вам кажется – жизнь заканчивается. Она только начинается. И у тебя, и у неё.
- Пап, я… я-то смогу, мне не так трудно, как ей.
- А мне кажется, плохо ты знаешь свою железную Щепку.
- Просто… не хочу, чтобы ей было больно.
- Это я понимаю.
От нас!
Если бы от нас что-то зависело!
Пока это мы зависим. От обстоятельств. Самых разных.
От съемок, навязанных Ташей, который затягиваются. От пробок на дорогах. От того, что рядом постоянно кто-то есть, а хочется, чтобы была только она.
Говорить только с ней. Видеть только её. И не расставаться.
- Рома, тут позвонили из АМГ…
- Нет.
- Ты даже не дослушал! – Таша снова закатывает глаза.
"- Таш, всё. Извини. Я и так дал больше времени, намного больше.
- Это важно. Я понимаю, ты меня ненавидишь, но…
Много чести её ненавидеть, но да, она права. Что-то у меня перебор с Ташей и её гиперопекой.
Прощаюсь, протягиваю руки оператору, корреспонденту, продюсеру. Съемка окончена. Беру за руку Леру и выхожу из лофта не оглядываясь.
Таша догоняет в коридоре.
- Ром, это вечером, в клубе, просто тусовка, хотят тебя.
- А я не хочу. Никого не хочу. Всё. Пока. Встретимся в самолёте.
- Ты что, ночевать не придёшь?
Странный вопрос.
Хотя да, Таша ведь осталась у нас, сказала моей маме, что ненавидит гостиницы. Бред какой-то. В Дубае она все время живёт в отеле. И в Абу Даби тоже.
Мы с Леркой едем домой к Анфисе. Дом пустой. Мы просто будем вдвоем.
Молчаливо соглашаемся с тем, что вчера переборщили. И…
И снова почти срываемся. И тут нам опять мешают. Чёрт!
Мы слышим крики, я выбегаю из комнаты.
- Уйди, ненавижу тебя!
- Никуда я не уйду! Я тебя люблю, поняла? Люблю! Дура чёртова!
Ого! Вот это…
- Саша…
Быстро захожу в комнату, потому что там в коридоре Анфиса целует Сашу.
Блин… надо как-то дать им понять, что мы тут, и…
- Чёрт… Фис… прости… я такой кретин…
- Тихо, тут кажется… чьи-то кроссовки.
- Не мои. Я не идиот зимой в кроссовках.
- Это мои, я идиот. – выхожу из комнаты.
- Ромка! – Анфиса бросается ко мне, чуть не падает, потому что её трость уже упала. Сашка подхватывает.
Лерка тоже выглядывает.