Его грудная клетка как-то слишком быстро поднимается и опускается. Потом он резко убирает руки, и задирает голову вверх. Я вижу, как покраснели его веки, белки.
- Чёрт, какое я дно…- он дышит прерывисто.
Я ничего не говорю. Не могу разобрать свои эмоции. Раньше мне не хотелось, чтобы меня жалели, соболезновали, меня это не просто раздражало, вводило в ярость. Рвало на части.
Может потому, что я не верила в то, что Сони нет? Я долго-долго не верила.
Наверное, до того момента, пока папа…Пока папа не решил уехать.
До сих пор не могу понять…
И вообще…Как стало сложно жить.
И больно. Может, просто потому что я выросла?
Зачем я выросла?"
"Раньше я все время говорила Соне – хочу стать взрослой, хочу стать взрослой! А она, смеясь отвечала, что я дурочка, что маленьким жить гораздо проще…
Соня…
- Лера… ты…Чёрт. – голос у Тора срывается, хрипит…
- Успокойся. Нормально всё. Ты не знал.
- Ничего не нормально. Как ты после всего вообще можешь со мной рядом… Просто… убиться об стену.
- Мы пойдем пить кофе?
- Кофе?
Я смотрю на него сжав челюсти.
Не надо меня жалеть. Не надо. Это не поможет. Никогда не помогает.
Кажется, он понимает мой внутренний посыл, просьбу.
Молча выходит, огибает машину, чтобы открыть мне дверь, подает руку. Кавалер.
У самого входа в кофейню Тор вдруг резко притягивает меня к себе.
Глаза в глаза.
Не дышу. Опасно дышать. Он… Рома… Он вкусно пахнет, его аромат действует на меня сильно. Голова кружится и…Хочется стоять вот так. Долго, долго, долго.
- Лера…
- Что?
Почему-то мы говорим очень-очень тихо.
- Лера, я…
- Пойдем, холодно, у тебя куртка тонкая.
Он пытается улыбнуться, и как-то странно морщит нос, потом проводит большим пальцем по моей щеке.
- Разве тебе не всё равно?
Качаю головой, еле-еле, почти незаметно.
Мне не всё равно в этот момент. И вообще. Мне на него не всё равно!
Что-то сломалось в моей системе. Он вломился в неё, вопреки всем законам.
И я это принимаю. Пока.
Пока он такой вот. Роман.
- Пойдем?
- Ладно, мышка, пойдем, будем кормить тебя завтраком и поить кофе.
- Я не голодная.
- А ты притворись, ради меня, ладно?
Улыбается.
Харизма. Вот уж чего у него не отнять. Он конечно и без этого просто красивый парень, но харизма!
Понимаю, почему половина девиц школы сохнет по Тору.
Мы заходим в кофейню. Бариста – неожиданно, но он тут довольно брутального вида мужчина, лет тридцати, с бородой, плечистый. Говорит густым басом.
- Утра, Тор, как всегда?
- Мне да, а девушке…
- А барышню я и сам спрошу.