Сэр Колин говорил, что за этим домом похоронены младенцы. Возможно, нашего малыша ждала та же участь. Его мать несколько раз прерывала беременность, а когда оказывалось поздно делать это, она убивала новорожденных. Сэр Колин предполагал также, что здесь покоятся еще двое убитых ею мужчин. Так что можно считать, что ребенку, которого мы нашли, просто повезло остаться в живых, Выпей это.
— Что это за гадость?
— Это облегчит твою боль.
Кормак выпил и поморщился от горечи.
— Похоже, Энни сохранила этого ребенка, чтобы потом заставить мучиться его отца.
Элспет, паяемая Кормаку устроиться поудобнее на постели, вздрогнула от этих слов.
— Нет, она просто ужасная женщина!
— Ты расскажешь об этом местным жителям?
— Мне не хочется давать им повод думать, что теперь я одобряю содеянное ими. Однако если за этим домом похоронены убитые ею мужчины, у них, возможно, есть близкие и они должны знать, что с ними случилось.
Кормак почувствовал, что его неудержимо клонит ко сну.
— Это питье, по-моему, не только болеутоляющее.
— Оно позволит тебе немного поспать, — объяснила Элспет улыбнувшись, когда он почти сразу погрузился в сон, и быстро оделась.
Элспет решила прежде всего избавиться от мертвых тел и, воспользовавшись одеялом, которым был укрыт сэр Колин, оттащила его, а затем и двух охранников в лес. Несмотря на все, что они замышляли претив нее, она сожалела, что у нее нет сил похоронить их.
Отправившись на поиски лошади Кормака, Элспет обнаружила тела еще двух наемников и глубоко вздохнула, стараясь убедить себя, что это была необходимая самозащита — сражение ради спасения жизни и чести. Эти люди были наемниками, их интересовали только деньги.
Ей потребовалось призвать все свое мужество, чтобы отправиться верхом в деревню, когда уже стемнело и казалось, что за каждым кустом таится опасность. Войдя в гостиницу, Элспет едва сдержала улыбку, увидев, с каким изумлением хозяин и его жена уставились на нее.