Хочу, чтобы ты сама сделала выбор. Тебе с ним жить.
- Выбор без выбора, так? – она посмотрела на брата с разочарованием. Сначала отец с предложением от половецкого хана, теперь – брат… Как омерзительно, когда тебя, словно шахматную фигуру переставляют с одной клетки на другую.
- Я не могу нарушить все наши правила, Мири. Ты и так натворила дел, которые я всячески пытаюсь скрыть от отца. А ты знаешь сколько у него шпионов повсюду. Пойми, в этой ситуации ни у кого нет выбора. В конце концов я бы мог и заставить.
- Это как? – усмехнулась она.
- Я видел тебя в постели с мужчиной, - жестко припечатал ее брат, - когда белоголовый шаман вернул тебя обратно.
- Я же была без памяти! - обескуражено воскликнула Тами.
- Это ничего не меняет, честь потеряна. Есть свидетели, которые могут это подтвердить. Вряд ли в словах матери князя кто-то усомнится.
- Джаник, остановись! Ты пытаешься выкрутить мне руки!
- Я пытаюсь решить проблему, Тами, - в голосе брата появилась сталь, - и мне жаль, что приходится говорить тебе это.
- Джаник… ты не можешь! Не можешь заставить меня выйти замуж за человека, которого я ненавижу! Который сделал мне так больно! – хотелось встряхнуть его как следует, чтобы пришел в себя, перестал угрожать. Стал вновь любящим братом, а не безжалостным правителем.
- У тебя есть другие кандидаты, достойные дочери кагана? Ты же знаешь, что у отца не должно быть возражений против жениха.
- Он ненавидит меня… А ты хочешь, чтобы я… с ним. О, Небо! – она закрыла лицо руками и отвернулась. Слез не было, просто это была единственная возможность не смотреть в безжалостные темные глаза.
- Мири, прости, - мужские руки опустились на плечи.
- Уйди, - глухо произнесла она, - просто уйди, пока я не наговорила слов, о которых пожалею.
Джанибек вздохнул.
- Хорошо. Но ты не стой здесь долго. Холодно
- Спасибо за заботу. Не хочешь, чтобы товар испортился раньше времени? - саркастично заметила девушка.
- Зачем ты так…
- Уйди, прошу.
Когда стихли мужские шаги, Тамирис обессиленно прислонилась к стене и задрала голову к небу. Темное, свинцово-серое, оно хмурилось и давило на нее, как это только что сделал брат. Да, детей правителей с малолетства растят с мыслью о долге.