— Ну вот… — вздыхаю я полной грудью. — Принимай хоромы, хозяйка. Теперь это всё — твоё. Правда, в придачу с хозяином. Берёшь?..
Протягиваю ей руку. Поджимая губы, Ляся кивает, вкладывая в мою ладонь свои тоненькие пальчики. Притягиваю ближе и усаживаю на колени. И обняв её, слежу за тем, как рывками бежит по циферблату часов секундная стрелка. Очень-очень долго. Ляся расслабленно замирает, вжавшись губами в мой висок. И я не хочу ничего больше, кроме как держать её на руках и дышать ею.
— Который час? — тихо шепчет Ляся на ушко.
— Время остаться вдвоём…
Эпилог
Спустя полгода…
— Нет… нет… нет… — съёживаюсь я, выруливая в миллиметрах от высокого бордюра.
Не поцарапала!
Выдыхаю. Стираю со лба пот. Обмахиваю лицо руками. Боже мой, как же это непросто — водить! А со стороны смотрится так легко.
Моим правам несколько дней от роду. И каждый раз, садясь за руль, я скидываю, мне кажется, пару килограмм от страха что-то зацепить или нарушить, хоть и сдала я с первого раза."
"Тимур вручил машину на день рождения, приходится осваивать подарок.
Сдвигаю наверх солнцезащитные очки. Забираю пакеты с заднего сиденья. Сегодня очень ответственный для меня вечер. Приедут отец с матерью. Тимур пригласил их на ужин. А я бы не решилась никогда!
К моему огромному удивлению отец сразу же согласился. И я дотошно колдую над продуктами, готовя любимое блюдо отца, любимое блюдо мамы и, конечно же, любимое блюдо Тимура.
Включаю с пульта музыку в гостиной.
Особенный вечер для меня не только поэтому… И я улыбаюсь сама себе. Меня бросает в жар, когда подбираю слова, чтобы сообщить мужу новость. Она будет неожиданностью для него… Намеренно мы не старались, просто так вышло.
И я безумно рада!
Музыка заглушает все остальные звуки. И, не услышав шагов, я вздрагиваю, когда Тимур обнимает меня сзади.
Несколько поцелуев в шею. Разворачиваюсь в его руках, разводя свои в стороны, чтобы не испачкать его.
— Привет, жена…
Тянусь за поцелуем. Прижавшись губами, мы улыбаемся. Его руки спускаются, резко, но не больно сжимая меня пониже спины. От неожиданности и острых ощущений взвизгиваю, пытаясь выкрутиться. Но пачкать его рубашку грязными руками не решаюсь. Он посмеивается над моей беспомощностью, продолжая тискать более откровенно и щекотно.