— Ну да? — Он неторопливо направился к ней, голос его сделался чувственно-хриплым. — А что, если мы продолжим работу в интимной обстановке и тогда нас будет ожидать не просто серия жарких дискуссий? Уж не это ли заставляет вас дрожать и трястись, мисс Лодж?
Она встретилась с его взглядом, увидела полыхающую в них страсть и едва не приклеилась к ковру.
— Мы оба на редкость энергичные и решительные люди, — заявила она, чувствуя, как у нее перехватило дыхание. — Я уверена, что каждый из нас способен удержать наше сотрудничество только в профессиональных рамках.
Он остановился перед ней, носки его ботинок оказались всего в нескольких дюймах от носков ее туфель. Если бы она сделала шаг назад, она уперлась бы в чугунные перила винтовой лестницы.
— Да, мы на это способны, — прошептал он интимным тоном. — Но что, если мы не подчинимся им? Что случится тогда, мисс Лодж? Вы задрожите?
От возбуждения у Элеоноры пересохло во рту. Она почувствовала, как в нижней части тела становится тепло и влажно.
— Эта перспектива не повергает меня в дрожь, сэр, — заверила она Артура.
— Нет? — Он протянул руки и ухватился за перила по обе стороны от ее головы. — Я завидую вам, мисс Лодж. Потому что всякий раз, когда я думаю о перспективе интимной связи с вами, меня охватывает трепет.
Он не касался ее, но тем не менее она оказалась в плену его рук. Он стоял так близко, что Элеонора могла вдыхать его удивительный, неповторимый запах.
— Вздор, — все-таки сумела произнести она. Прозвучало это как-то неубедительно, и тогда она дотронулась до его скулы кончиками пальцев. — Вы даже не дрожите.
— Это ваше заявление говорит о том, что вы меня мало знаете.
Он не оторвал рук от перил, а просто нагнулся, и его губы оказались над ее губами.
Он хотел поцеловать ее, но давал ей время возразить или броситься к выходу.
Ею овладело безрассудное, дикое чувство. Сейчас ей вовсе не хотелось убегать от него. Даже наоборот. Она мечтала оказаться в кольце его рук, чтобы испытать все тайны страсти, которую найдет в его объятиях.
Элеонора положила ладони на манишку его рубашки. Дотронувшись до него, она услышала тихий, низкий стон. Сознание того, что она способна простым прикосновением оказать на него столь сильное воздействие, заставило ее почувствовать себя почти волшебницей.