— Это было… интересно, — ответила она уклончиво.
Он поморщился:
— Осуждение с легкой похвалой.
Кажется, она задела его самолюбие.
— Кое-что было очень даже… возбуждающим, — заверила его Элеонора.
Он нагнулся, прижался лбом к ее лбу и поцеловал в кончик носа.
— Я должен принести свои извинения, моя дорогая. Ей вдруг стало холодно. Она быстро выбралась из-под него и села, натягивая платье на грудь.
— Ты не должен винить себя, Артур.
Он откинулся на спину, запрокинул руки за голову и некоторое время смотрел на нее с непроницаемым выражением лица.
— Не должен?
— Разумеется, нет. Это я подтолкнула тебя, если ты помнишь. Моя бабушка когда-то рассказывала мне о тех ощущениях, которые можно испытать лишь в объятиях настоящего мужчины. Меня разбирало любопытство, и я захотела узнать, что же кроется за ее словами.
— Ты использовала меня, чтобы удовлетворить свое любопытство? — Артур потрясение вскинул бровь. — А я-то пребывал в уверенности, что ты испытываешь ко мне влечение!
— Я действительно испытываю к тебе влечение.
— Очень любезно с твоей стороны так заявить, но я не могу отделаться от мысли, что ты всего лишь пытаешься подсластить пилюлю, чтобы я не переживал по поводу случившегося.
— Нет никаких причин переживать, уверяю тебя. Это была моя идея.
— Ты отдаешь себе отчет в том, что если у тебя отсутствует опыт в некотором отношении, то дело принимает совсем другой оборот?
Он не собирался забывать об этом.
— Да, я хорошо понимаю, что если бы ты знал о моей неопытности, твое резкое чувство ответственности не позволило бы тебе заняться со мной любовью.
В его глазах заискрилась улыбка.
— Я этого не говорил.
— Нет нужды выражать это словами, — проворчала Элеонора. — Я сознаю, что не имела права ставить тебя в подобное положение.
Он наградил ее неожиданной улыбкой.
— И в этом я полностью согласен с вами, мисс Лодж.
Элеонора вспыхнула:
— Сэр, я должна напомнить вам, что я из другого круга, нежели молодые леди, явившиеся на брачный рынок в этом сезоне.