До Артура доносились звуки музыки и взрывы смеха из бального зала, но казалось, что все это было очень далеко. Здесь, у фонтана, создавалось ощущение уединенности и даже некой интимности. Запах духов, исходящий от Элеоноры, действовал на его чувства, заставляя сжиматься мышцы живота. Он обнаружил, что его влечет к этой девушке.
«Держи себя в руках, старина. Меньше всего тебе нужны сейчас подобные осложнения».
— Вы говорите, что не доверяете выводам сыщика, — после паузы заговорила Элеонора. — А у вас есть свои предположения относительно того, кто убил вашего двоюродного деда?
— Пока нет.
— Вы человек логики, сэр. Если у вас есть какая-то теория, я уверена, что она имеет под собой почву.
— Но не в этом случае. Однако я должен сказать, что снова и снова возвращаюсь к реплике дяди Джорджа, которую он произнес, когда рассказывал о своих друзьях и их обществе.
— И что это была за реплика?
— Он сказал, что один из трех членов общества, назвавший себя Меркурием, по-настоящему так и не преодолел своего увлечения алхимией, хотя и делал вид, что его это больше не интересует.
— И что с ним стало?
Артур взглянул на Элеонору:
— Меркурий был тем самым человеком, который погиб во время взрыва в своей лаборатории.
— Понятно. И значит, довольно трудно предположить, что он может оказаться убийцей, не так ли?
— Это невозможно.
— Даже если он до сих пор жив, зачем он ждал столько лет, почему не убил вашего дедушку раньше, чтобы выкрасть справочник и камень? Как вы думаете?
— Я не знаю, — развел руками Артур. — Возможно, все эти годы он пытался разгадать секрет извлечения энергии из красных камней.
— Но ведь секрета нет! Ваш двоюродный дедушка утверждал, что машина алхимика — всего лишь фантазия.
— Да, но дядя Джордж сказал мне кое-что еще, — задумчиво произнес Артур. — Нечто такое, что у меня отложилось в памяти. Он говорил, что при всей гениальности у Меркурия наблюдались признаки душевной болезни, особенно в последние годы его жизни.
— Так. — Элеонора задумчиво постучала веером по ладони. — Значит, этот Меркурий мог поверить в силу красных камней?
— Да. Но даже если это и так, то все произошло очень давно.