Колокольчик звенел так, что готов был оторваться, и Хильдерика с сожалением на него посмотрела.
– Мне надо переодеться и бежать, – сказала она виновато, но продолжала обнимать дракона, не отпуская. – Пожалуйста, уходи."
"– Как я уйду, если ты меня держишь? – шепнул он ей на ухо, легко прикусив нежную мочку.
Девушка слабо вскрикнула, но этот вскрик больше походил на стон удовольствия, а потом разжала руки.
– Иди, – велела она, но так и манила, манила взглядом.
– Сегодня я подожду, – пообещал Тюнвиль, – но завтра…
– Завтра, завтра, – закивала она.
Он поцеловал её ещё раз – крепко, куснув за нижнюю губу, чтобы загорелась, а потом выпрыгнул в окно, обернувшись в воздухе, и с удовольствием увидел, как принцесса вцепилась в подоконник, наблюдая, как он расправил крылья во время падения и взмыл выше крыш.
Всё же, Тюнвиль не слишком доверял ей, поэтому болтался рядом с башней, совсем не заботясь, что перепугает обитателей дворца. Но вот фигурка принцессы Хильдерики показалась на галерее, в сопровождении придворных дам и служанок, и Тюнвиль со спокойной душой полетел к себе.
Мурлыча под нос песенку, он быстро оделся, пригладил уже наполовину просохшие волосы, и отправился в трапезный зал.
Принцесса уже была там – сидела рядышком с принцем, но стоило Тюнвилю войти, как она вспыхнула румянцем, задрожала и чуть не выдала себя с головой.
Хотя, пусть бы и выдала. Тогда всё закончилось бы быстрее.
– Ты опоздал, – проворчал Рихард, когда Тюнвиль занял свободное место рядом с королём Атангильдом, как раз напротив принцессы Хильдерики.
– Прости, – беззаботно ответил Тюнвиль, не спуская глаз с принцессы.
– Хорошее настроение? – осведомился Рихард. – Улыбаешься, как… – он замолчал, но и так было понятно, что он хотел сказать.
Тюнвиль, и правда, чувствовал себя сейчас абсолютно счастливым. Глупо счастливым. И это было самое замечательное чувство, что он переживал за всю свою жизнь.
– Вина, господин? – слуга, дрожащий, как осиновый лист, держал кувшин, и Тюнвиль кивнул, подставляя бокал.
Терпко пахнущая алая струя полилась из серебра в серебро, и Тюнвиль сразу сделал большой глоток, ощущая на языке привкус зрелого винограда и нежный вкус недавних поцелуев. Он взглянул поверх бокала, и как-то нечаянно встретился взглядом с принцем Альбиокко.
Тот смотрел на дракона с подозрением, чуть прищурив левый глаз.
– Ваше здоровье, принц, – Тюнвиль отсалютовал ему бокалом и улыбнулся ещё шире.
Потому что это была безусловная победа.