Всадники о чем-то тихо переговаривались между собой, не обращая внимания на происходящее, но третий пеший стражник держал пленницу на прицеле арбалета. Ничего не предвещало неприятностей, как вдруг девушка резко выпрямилась и уронила камень на ноги стоящих за ней воинов. Арбалетчик успел выстрелить, но чертовка, дернув Федора к себе, прикрылась парнем от пущенного в нее болта. Получив в грудь удар каленой железкой, рыцарь потерял сознание от боли и упал на пыльную дорогу.
Очнулся он минут через двадцать, от ровных и монотонных ударов камнем по железу – девушка сбивала с себя цепи.
– Ого, а ты живучий, – удивилась Фрея. Она наконец сбила последнюю цепь и, подобрав валяющийся на дороге меч, направилась в сторону рыцаря.
– Послушай, – просительно сказал Федор, – я же на твоей стороне…
– Действительно, – на минутку задумалась девушка.
Рыцарь покосился на меч в руках Фреи.
– Конечно, дарю. Только седельную сумку оставь…
– Э нет, в сумке у тебя бриллианты, они мне пригодятся при найме солдат. Так что прими мой подарок и прощай.
Девица легко вскочила в седло и, подозвав остальных лошадей, собралась уехать…
– Какой это подарок? – поинтересовался Федор, чувствуя какой-то подвох.
– Я дарю тебе твою жизнь… Прощай, доблестный рыцарь. – И девушка со смехом умчалась вдаль.
«Так, и почему я жив?» – подумал незадачливый спаситель и, ослабив шнуровку кольчуги на груди, достал из-за пазухи поддоспешника-тегиляя покореженную ударом болта чешуйку дракона размером с мужскую ладонь. Портрет драконихи, изображенный на ней, оказался сильно поврежденным.
– Спасибо тебе, Элиза, – пробормотал он тихонько, – опять ты меня, дурака, спасла…
– Ну что, дурень, помог? – послышался дребезжащий голос, и Федор увидел неожиданно появившегося рядом с ним уже знакомого старика.
– Помоги мне, дедушка, – попросил Федор.
– Сам выкручивайся, недоумок, – ругнулся старик, но прежде, чем снова раствориться в воздухе, произнес: – Вон, клубы пыли, видишь? Это стражники сюда скачут… Мне кажется, лучше будет, если тебя не поймают. Возвращайся домой.