– Это твоя новая женщина? – спросила слепая дрожащим голосом. – Ты теперь меня прогонишь?
Венин тоже приподнялась, с несчастным видом глядя на него. Очень они похожи были в этот момент отчаяния.
Макс почти истерично расхохотался, швырнул мокрые штаны на пол и воздел глаза к небу. Не хватало еще женских выяснений. Когда нужно прийти в себя, сходить к главе поселения, поделиться информацией и направиться в лес у трех гор. Если не соврала жрица, надо найти беловолосую девушку раньше слуг императора.
– Это моя женщина, – подтвердил он жестко. Нужно было сразу обозначить все позиции. – Как и ты. Ее зовут Венин. И ты, и она всегда можете найти себе другого мужчину и выйти замуж, а пока я буду заботиться о вас обеих. А сейчас – позаботься ты о ней, Далин. Хорошо?
– Я все сделаю, Охтор, – с облегчением произнесла хозяйка дома и робко улыбнулась.
– Она умеет работать и станет твоими глазами, – продолжил Тротт.
Она тут же осторожно коснулась его груди – Макс завел ее руку под крыло, и хозяйка жалостливо вздохнула. И тут же засуетилась, вытаскивая на стол лепешки, копченую курицу, воду.
Макс помог одеться Венин, усадил ее за стол. Она казалась совсем растерявшейся. Но лепешку взяла и стала есть так жадно, что его снова кольнуло жалостью. И удовлетворением. Все же хорошо, что не оставил ее там, в гниющей столице."
"Через час он лежал на горячей соломе ванрана, расправив крылья и чувствуя, как расслабляется измученное тело и затягивается рана, и лениво наблюдал, как ожившая рабыня ожесточенно стирает с себя грязь, и Далин помогает ей, вздыхая – какая же худая! Бедная, бедная! Потом они обе, раскрасневшиеся, обнаженные, усердно мыли его, уже о чем-то переговариваясь, осторожно находя точки соприкосновения и даже тихонько посмеиваясь.
Удивительная стойкость у местных женщин. Хотя как иначе? Они привычные ко всему.