Он руководил той уличной музыкальной группой, потом коллектив развалился. Для большинства его участников пение на улицах и в подземных переходах было просто прикольным проведением времени. Студенты могут себе это позволить, но после получения дипломов следовало устраиваться по профессии. Гриша остался один, коллектива у него не было. Лукин потерял заработок. Денег он получал мало, но их хватало на оплату комнаты в общей квартире. Примерно год Григорий пытался хоть куда-нибудь на службу устроиться, но никому не был нужен.
Лидия истерично рассмеялась.
– Он меня вывел на сцену. За два дня я выучила и отрепетировала репертуар. Первое выступление было в клубе. Народу явилось много, все веселились, музыканты и я были просто фоном для пьянок. Меня от страха колотило. Муж «успокоил»:
– Не дергайся! Всего три концерта тебе отстоять надо.
Вот не скажи он тогда этих слов, все и правда могло завершиться на трех моих выступлениях перед публикой. Но Гриша их произнес походя, снисходительно, дал понять, что не считает меня талантливой, что я просто временная замена той, которую отыщут, вот она будет крутой исполнительницей. Меня его заявление до слез обидело и завело. Я выбежала на сцену. Ни страха, ни стеснения, в голове бьется мысль: «Сейчас всем покажу, кто такая Лидочка, вы считаете меня дворняжкой? А … вам! Скоро начнете меня букетами закидывать».
– Официальная версия вашего взлета звучит иначе, – прокряхтел Кузя.
Лидия расхохоталась.
– Информация в интернете другая. Правду сейчас от меня слышите. Понимаю, вы навострились шариться в сети, считаете, что все-все выяснили. Ошибочка вышла.