– Ария Тореадора из оперы «Кармен» в исполнении Хворостовского, – уточнила я, – певец гениален, на мой взгляд, это произведение…
Перед нами снова возникла Олеся.
– Вот, держите белые пиджаки! Натягивайте! Так будет красивше! Невесте шаль в пайетках. Они готовы, открывайте!
Двери, перед которыми мы стояли, распахнулись. Мы двинулись в зал.
– Стойте, – трагическим шепотом велела Леся. – Кто снимает?
– Оператор не пришел, подвел нас, – расстроилась невеста.
– Я вместо него, – быстро ответил Кузя.
– Идите первым и работайте, – распорядилась девочка.
Лучший друг Собачкина повесил сумку с ноутбуком на грудь и пошел в зал спиной вперед, держа перед собой айфон.
– Шагом марш, и улыбайтесь, – велела Олеся.
Мы вступили в большую комнату, щедро украшенную пышными букетами в роскошных вазах.
– Ни фигасе, – изумился Сеня, – да у них тут целая оранжерея.
– Вазоны картонные, цветуйки искусственные, – объяснил Лёня, – сейчас в интернете полно всяких аксессуаров для съемок.
Под прекрасное пение Хворостовского мы дошли до стола, накрытого кружевной скатертью.
"– Ой, не могу, – шепнул мне на ухо Леня, – парад Снегурок! Совокупный возраст внучек деда Мороза лет этак четыреста, а может, и все пятьсот.
Янина встала.
– Вы желаете подать заявление о брачевании?
– Да, – сдавленным голосом произнес полковник.
– Прошу занять места, – улыбнулась Янина.
Полковник и Марина опустились на стулья. На них были ярко-красные чехлы с наклейками, которые имитировали вышитых золотой нитью орлов.
– Попрошу ваши паспорта! – пропела Янина.
Марина открыла сумочку, достала документы и подала их заведующей. Та вытащила из стола пару листов бумаги и объявила:
– Вы можете заполнить анкеты! Вот ручки.
Марина взяла огромное стило, усыпанное стекляшками розового цвета, Дегтяреву досталось такое же, только с голубыми каменьями.
Возникла пауза.
– Угощайтесь шампанским, – предложила Янина.