Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Перебирая коробки и пакеты, Харитон заметил другу:

– Смотри, Слон, не надо и в Москву ездить. Такую далекую дорогу делать.

– Я тоже думаю, что в Москву больше одного раза в год не стоит ездить, – согласился Слон, философски заметив:

– Нам ведь много не надо, старик, не правда ли?

Дина сразу договорилась с проводниками, вручила две бутылки «Столичной», несколько баночек консервных шпрот, заплатила сверху деньги, и проблема с грузом была решена. Одна из проводниц, пожилая женщина с испитым лицом, забрала часть багажа к себе в закуток, на случай проверки начальством.

На этот раз Харитон купил себе только макинтош, жене кожаный портфель для школы и золотые серьги, немного игрушек детям, все же остальные подарки предназначались Анастасии. Одарил он ее основательно: золотые часы, золотые сережки, золотое кольцо, туфли, модное зимнее платье, два летних сарафана, халат, несколько кофточек, еще что-то по мелочи. Настя восприняла подарки сдержанно. Точнее, сначала не хотела брать:

– Слишком много и слишком дорого.

Не хочу, чтоб ты обделял свою семью.

Харитон обиженно изогнул бровь:

– Я знаю, что делаю, знаю сам куда мне мои деньги девать и кому какие подарки подносить. Привез тебе все это, потому что хочу тебе дарить, а не кому еще. Носи и не выдумывай причины отказа от моих подарков. Я этого не потерплю, – закончил он чуть ли не сурово свою тираду, отмечая про себя, каким правильным оказалось его решение преподнести купленный для нее гарнитур не сейчас, а ко дню ее рождения.

Харитон сунул руки в брюки, поднял плечи, как, если б ему стало вдруг холодно и шагнул к дверям, бросив на нее скользящий взгляд.

После таких слов, Настины губы чуть тронула улыбка. Она обняла его, прижалась. Постояли так, потом она притянула его голову, поцеловала, сказала растроганно:

– Спасибо, но я потом все примерю. Сначала ужин."

"И быстро вышла на кухню. Харитон хотел было пойти за ней, но остановился. Прислушался: она напевала песню и расставляла на стол посуду.

Харитон не стал ей мешать и погрузился в свои мысли. А мысли были все о том же: о сыне, жене, о зыбком своем счастье с Настенькой, когда любая случайность могла его испортить или погубить. Однажды, во время его очередного визита к ней, вдруг кто-то постучал в дверь. Хорошо, что совсем недавно Харитон поменял навесной замок на внутренний ключ. Они не открыли, хотя тарабанили в дверь настойчиво. Потом оба видели через окно, что это был ученик-старшеклассник.