Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

И, какие бы доводы не приводились о его диктаторстве, культе личности, гибели миллионов людей по его вине, все же он считал Сталина сильнейшим политиком своего времени и не допускал даже мысли, что он хоть чем-то был плох. Для него он был непререкаемым авторитетом. На все промахи «отца народов», он находил веские оправдания. После 20-го съезда Коммунистической Партии, он и не думал менять свое мнение. Он говорил: «Кто такой Никита Сергеевич Хрущев? Ну, поднял целину: больше хлеба стало. Ну, насадил кукурузы. А что с ней делать? Кур кормить? А Сталин выиграл войну, которую никто б не выиграл.

Он справедливый, честный человек. А иначе, как это могло случиться, что во время войны он не согласился обменять из плена собственного сына на немецкого генерала?»"

"Упоминая этот случай, Яшка выдерживал паузу и со значением цитировал Сталина: «Я не меняю своих солдат на вражеских генералов!» Цитируя, он не подражал Сталинскому кавказскому акценту, хотя умел: слишком он уважал его. В его доме висели два больших портрета: один изображал Сталина с Ворошиловым, а второй – просто Генералиссимус во всех своих регалиях.

Был у него и бюст Сталина. Интересная, между тем, история с этим бюстом. В 1960 году, когда строилась Казахстанская Магнитка в городе Темиртау случился бунт. Условия труда своих рабочих были фантастически тяжелыми. Кроме того русские, украинские, казахские и других национальностей ребята жили в палатках, естественно без маломальского тепла, умыться было невозможно: вода в умывальниках замерзала. И все это было бы ничего, где наша не пропадала? Но совсем недалеко от тех палаток, в приличных бараках жили болгарские строители, приехавшие сюда по контракту. У них все было цивильно, вплоть до телевизоров, которые для советского человека были роскошью номер два, после личного автомобиля. Терпели наши, терпели и, однажды, ночью толпой направились к дому начальника строительства. Но товарищ Герценштейн, сумел сбежать. Тогда толпа двинулась на болгарские общежития. Погром был страшный. Телевизоры футболили, как мячи. Выбросили из помещений все, что могли. Никакая милиция не спасла положение.

Как раз наутро следующего дня, Генерал ехал на грузовике из Осакаровки на Караганду за стройматериалом. Проезжая Темиртау, он своими глазами видел всю эту картину: и телевизоры, и перевернутые машины, мотоциклы. Валялся и бюст Сталина, который и подобрал его верный почитатель – Яков Ильич Христопуло. Палатки потом убрали, всем дали общежития.