Заготовка дров для кухни и прочие хозяйственные мелочи. Кроме приготовления пищи, разумеется. Этим занимались дежурные и даже Никоненко.
Растительность на нашем берегу не сильно отличалась от побережья. Конечно, погуще, чем в саванне, но не особенно. Высокий и густой кустарник, рощи из кривых деревьев и заросли тростника у реки. Вот на другом берегу дела обстояли иначе. Деревья закрывали берега плотной стеной, среди которых видны узкие проходы, сделанные местными животными. Иногда деревья расступались, обнажая жёлтый песок, перемешанный с галькой из кремня.
Не знаю, чем Чамберса привлекло это место, но мы, совершенно неожиданно здесь застряли. Как любит повторять Козин, поглаживая живот после еды: «Застряли! Обленились, мерзавцы! Зажрались! Корни в грунт пустили!» Он специально тянет гласные, отчего фраза получается вальяжно-расслабленной.
Лагерь стал похож на поселение, времён покорения Америки. Если учесть сложенную из камней кухню с навесом, две больших палатки и трофеи наших умников-охотников — Билла и Джерри.
"На холме мы с моими парнями обустроили удобную для наблюдения за окрестностями точку, где и дежурим в светлое время суток. С наступлением темноты пост перебирается в лагерь. Раз в день объезжаем окрестности на джипе. Отстреливаем самых наглых четвероногих хищников и проверяем округу на предмет двуногих.
— Поль, — Джек щёлкнул пальцами и я вернулся в реальность. Чамберс прицелился в меня карандашом и продолжил. — Надо проверить берега к северу. Оцените обстановку на местности, степень опасности для полевых работ и прочее. Дальше тридцати-сорока километров не забирайтесь. Если обнаружите брод, — с меня три бутылки коньяку.
На другой берег, где вдалеке синел неизвестный горный перевал, Джек рвался как моряк в публичный дом после захода в порт.
— Хорошо, — кивнул я, делая пометки в блокноте, — сделаем.
— Завтра мы с Настей закончим дела и послезавтра начнём работать вот здесь, — он ткнул пальцем в карту.