Весь мир уверен, что тайное царство трех существований открылось случайно, но это не так. Ключ к этому мистическому месту — наследие нашего Небесного учения. Пока человек не освободит свое сердце от желаний, он не сможет выбраться оттуда. Когда Тун Жу покинул тайное царство, он словно сошел с ума. Проигнорировав советы Четырех Святых, он отдал печать главы клана своему ученику, а сам поднялся по ста восьми тысячам ступеней Башни отсутствия сожалений, чтобы забрать с платформы камень, исполняющий желания.
Янь Чжэнмин хрустнул костяшками.
— В этом мире нет места добродетельным, верно?
У Чантянь спокойно ответил:
— Здесь нет места тем, кто своим могуществом способен подчинять себе стихии, но все еще вмешивается в мирские дела. Глава Янь, вы ведь прекрасно знаете, что заклинатели тоже люди. Даже Сюй Инчжи, который всю жизнь совершенствовался в своей башне, был человеком. Можете ли вы поручиться, что он никогда бы не поддался искушению? Мир похож на чашу с водой.
С этими словами, У Чантянь протянул руку и легко толкнул стоявшую перед ним чашку. Содержимое тут же выплеснулось наружу. У Чантянь коснулся пальцами воды и осторожно начертил заклинание.
Ю Лян испуганно воскликнул:
— Старший брат!
— Вот что такое Управление небесных гаданий. Мы те, в чьих руках находится равновесие, — У Чантянь отряхнул промокший рукав, а после добавил, с насмешливой улыбкой, — тайны Управления небесных гаданий веками передаются из поколения в поколение. Тот, кто разглашает их, должен умереть. Но так вышло, что этим кем-то оказался я сам.
"Но характер Янь Чжэнмина был куда острее, чем его клинок. Когда он злился, даже безмолвная статуя начинала его раздражать. Однако, что бы он ни делал, дружелюбное лицо У Чантяня оставалось непроницаемым. Словно он и был той самой статуей. Но в его словах вдруг промелькнула горечь.