Блондинка также замечает моё появление вместе со Сквидвардом. Практически за пару секунд она оказывается рядом с нами.
— Лорд Шурик, вам не стоило сюда приезжать! Здесь опасно! — восклицает девушка.
— Не опаснее, чем на поле боя с Парижем, — отмахиваюсь я. — Я должен лично наблюдать за ситуацией. Какова обстановка?
— Лучше не становится, — мрачно заявляет Нана, — Умерло ещё трое. Они имели самые низкие уровни из постояльцев. Мой муж наблюдал за ходом болезни и передал всю возможную информацию.
— Так-так, и что он накопал? — встревает в разговор Сквидвард.
Старик сужает веки, поджимает губы. Он предельно сконцентрирован.
— Всё начинается с кашля, — рассказывает валькирия, — Затем наступает слабость. Полное бессилие. На теле появляются синие пятна. И только после этого игрок приобретает дебафф «Синяя Смерть». Он прогрессирует в реальном времени и с каждой минутой поглощает всё больше пунктов выносливости и очков здоровья. А когда же они кончаются…
— Наступает смерть, — кивает Сквидвард.
— Мустафа попрощался со мной! — на эмоциях обращается ко мне Нана.
Только сейчас я вижу, насколько тяжело ей удаётся сохранять видимое спокойствие перед подчинёнными. Ведь нет ничего страшнее, чем паника руководства.
— Попрощался? — уточняю я, хотя догадываюсь, о чём идёт речь.
— Он почувствовал у себя симптомы, — кивает Нана, — как высокоуровневый игрок он держится лучше других, но понимает, что опасен, как источник заразы. Он просил передать, что для него было честью служить вам, Лорд Шурик.
Я мягко приобнимаю девушку, и у неё попросту не остаётся сил сдерживаться. Нана утыкается мне лицом в грудь и сжимает мои руки отчаянно, будто тонущий человек, который ищет хоть какое-то спасение.
— Пожалуйста, Лорд Шурик, пожалуйста… если есть хоть малейший шанс. Малейшая возможность. Пожалуйста, спасите моего мужа. Спасите всех остальных.
Я ничего не говорю.
— Я сделаю всё, что в моих силах. Я буду с вами до самого конца. Всеми вами."
"Нана немного успокаивается. Нет, её не убедили мои слова, хоть они и помогли ей. Нана — сильная девушка. Она понимает, что слезами делу не поможешь.
— Я верю вам, Мой Лорд. Хочу верить всем сердцем.