Обернувшись, я увидела так и оставшуюся неназванной леди, которая шокированно пялилась на нас с девочками. Я еще раз осмотрела всех и заглянула в зеркало — вроде бы все было на месте, ничего шокирующего или неприличного. Вновь посмотрела на леди... и сообразила, что для «провинциалок» мы слишком хороши. Это понимание заставило меня довольно улыбнуться и гордо вздернуть нос:
— Крошки мои, за мной! — бодро скомандовала я девочкам, цитируя старую сказку, и открыла дверь.
Прямо перед комнатой, где мы поправляли макияж, стояла герцогиня Викторф, а Грегори склонился к ее руке в изящном поклоне.
— Ты здесь один? — с намеком протянула Ванесса, глядя на Грегори томным взглядом с поволокой, будто между ними что-то было, какая-то долгая и сложная история отношений. Как говорится, «бывших» не бывает.
На миг мне показалось, что он сейчас согласится, что променяет меня на эту облитую золотом женщину, она-то, наверное, приличная дама без проблемных бывших мужей, неуемной фантазии, тяги к предпринимательству и истории с мошенничеством.
Но, едва все эти неуверенные мысли пронеслись в голове, как я решительно встряхнулась и заставила себя улыбаться довольно и уверенно. Как там говорили: обратная физиологическая связь? Наши эмоции отражаются на выражении лица, но если поменять выражение, то сменятся и эмоции. А в театре говорили проще: не хватает чего-то — сыграй, и приобретешь.
Поэтому я улыбнулась, заставляя себя выглядеть уверенно. Ради девочек, ради самой себя, ради самоуважения. Я не пятнадцатилетняя девчонка, чтобы портить себе вечер из-за того, что парень бросил и ушел к другой. Если ему нужна эта высокомерная стерва, это только его проблемы.