Служанки подали еду в столовую, это оказались оладушки — небольшие воздушные и золотистые от жарки лепешки, которые подавались с разными добавками: сметаной, медом, ягодным вареньем, яблочным повидлом и прочим.
Прибежали юные леди румяные и воодушевленные в ожидании бала, за ними степенно и неторопливо с легким опозданием зашел Кристофер.
— Я же велела слугам накормить тебя в комнате, — немедленно возмутилась Зоуи. — Нужно будет сделать им выговор.
— Я не умирающий, — с усталым раздражением буркнул Крис.
— Не умирающий, но ночью был жар и рука опухла.
— Да какой жар, тебе показалось, — поморщился барон.
Но Зоуи было не остановить:
— Ну, да, показалось, конечно. И твои паникующие слуги, не знающие, что делать, мне привиделись. И компресс на твоем лбу, который моментально становился горячим. Что ты как маленький? Я же велела слугам соблюдать все рекомендации врача герцога. Все, а не только те, которые тебе нравятся. Я же права, ваша светлость?
Я растерялся, не ожидая, что ко мне обратятся.
— Конечно, предписания врача нужно соблюдать.
Зоуи просияла и кинула на Кристофера взгляд победителя, тот в ответ помрачнел.
— Но, думаю, нужен повторный прием доктора, чтобы скорректировать его предписания, — добавил я. — Если Кристофер себя хорошо чувствует, то странно его пытаться запереть в комнате, он же взрослый мужчина. Я велю своему лекарю заехать сегодня.
Тут уже сын Матильды посмотрел на меня с благодарностью.
Сразу после завтрака в доме началась суета — дамы принялись готовиться к балу. Приехал врач, похвалил Зоуи и, сменив повязку Кристофера, разрешил себя ни в чем не ограничивать, только беречь руку и не напрягать. Отметил, что опухоль сходит и заживление идет нормально, хотя нож бандита явно был не слишком чистым, но молодой здоровый организм справился. Привезли платья от швеи, я вызвал мастеров-оконщиков, которые должны были сменить разбитые ворами стекла, они сделали необходимые замеры и пока закрыли проемы досками.
Потом мне пришлось уехать по делам, но я вернулся к ужину в подходящем костюме и с подарками.