– Когда-то это было очень тяжело, – усмехается Мэл, опуская взгляд и резко добавляет, словно ощутив и пережив нечто яркое и болезненное заново. – Быть с Джаредом, все равно, что танцевать на стеклах.
– Настолько острые ощущения? Я просто интересуюсь, мне не нравятся блондины, – поспешно отшучиваюсь я, заставляя Мэл широко улыбнуться.
– Я заметила это в галерее. То, что тебе нравятся синеглазые брюнеты, – многозначительно тянет девушка, пристально глядя в мои глаза. Едва выдерживаю ее взгляд, но не потому, что она сильнее, а потому что Мэл говорит о Престоне.
– Мактуб… – едва слышно отвечаю я, и Мелания переспрашивает, слегка встрепенувшись, и как-то странно рассматривая меня.
– Что?
– Ничего, Мелания.
– Мне показалось, ты сказала Мактуб. И я вдруг вспомнила, что так называлась коллекция драгоценностей, выпускаемая одной из компаний Лакшери Корп.
– Ее разрабатывал твой муж? – напряжённо спрашиваю я, неожиданно для себя наткнувшись на новую неизвестную ранее информацию.
– Нет. Он тогда еще учился в университете. Я какое-то время работала в Лакшери Корп, и у меня был доступ к старым разработкам.
Я ничего не отвечаю, размышляя, как полученные данные могут помочь в поиске «Ядовитого любовника». В глазах Мэл тлеет огонек любопытства, но она тут же тушит его, переводя тему, к более нейтральной:
– Ты в самой откровенной модели из моей коллекции, – отмечает мой наряд Мелания, имея в виду красное платье в пол. Да только, несмотря на его длину, ему далеко до «наряда хорошей девочки»: в глубокий вырез до самой точки бедра не заглянул разве что ленивый, как и в выразительное декольте.