Что женщины находят в этом чудаковатом клоуне? Длинные, спадающие на спину и плечи густые темные локоны почти полностью скрывают ее лицо. Но завладевшей всем моим вниманием брюнетке не нужно оборачиваться. Я уже знаю, кто передо мной. Понял с первой секунды, и даже не потому, что обладаю феноменальной способностью замечать мельчайшие детали, а по острой мгновенной реакции своего тела.
Вот уж кого точно не ожидал встретить в логове разврата Маркуса Флеминга. Хотя, судя по краткой сводке, выданной мне Сальмой и тем фото, что нашел в инстаграмм мисс Доусон после запоминающейся встречи в галерее, удивляться особо нечему.
Эрика Доусон. Имя ей не подходит. Слишком простое, резкое, ограниченное. Эрика… что же в тебе так заводит меня? Листая ее инстаграмм, я пытался убедить себя, что в ней нет ничего особенного, еще одна кукольная модель с чувственными формами, легкомысленная, самовлюблённая, озабоченная своей внешностью, но самообман не сработал. Чем сильнее Эрика обнажала тело, рекламируя дорогое нижнее белье, тем больше закрывалось ее лицо, пряча в прозрачных голубых глазах истинные эмоции.
Сейчас она выглядит совсем иначе, чем в своем популярном профиле. Нежно-персиковое, идеально облегающую фигуру запашное платье выглядит вполне невинно, если бы не провокационные декольте и тонкий поясок, дернув за который, можно с лёгкостью снять его с девушки. В прошлый раз была не менее провокационная и полная соблазна дернуть за собачку молния на спине. И я не понимаю, почему меня безумно злит, что девушка, которой удалось за считанные секунды завладеть моими мыслями, не говоря уже о физической реакции тела, сидит среди доступных одноразовых девиц, не сводя заинтересованного взгляда с Маркуса Флеминга, который вряд ли когда-либо посмотрит на нее, как на женщину.
– Ты? – без особой радости произносит девушка, мазнув взглядом по моему лицу, бегло вниз и снова в глаза. – Ты не переодевался с прошлого раза? – насмешливо спрашивает она.