– Зачем? – пожимает плечами и отставляет пустую банку. – Ты действуешь на меня лучше любых процедур и лекарств. И бульон классный. Но добавка же только завтра будет? Сегодня вряд ли получится?
– Наверное, – роняю в ответ. – Нужно продукты купить, приготовить. Будет уже слишком поздно. Лучше утром, сделаю и свежий привезу.
Черт, а ведь я не собиралась приезжать второй раз. Но ему и правда сильно понравился бульон. Волков набросился на содержимое банки так, будто несколько дней ничего не ел.
– Договорились, – кивает он.
– Тебе нельзя пить. Ты что, с ума сошел? – шиплю. – Надеюсь, это дурацкая шутка. Забудь про алкоголь. Хотя бы до выписки.
– Валяй, – соглашается в момент. – Твои штуки круче. Как видишь, я сразу до капли все умял.
Мужчина выглядит будто сытый кот. Чуть ли не облизывается. Огромный хищник доволен уловом.
– Я привезу бульон завтра, – наконец поднимаюсь с кресла.
– Ты главное сама приходи, – заявляет Волков.
Он подступает вплотную, ловко сокращает расстояние между нами, двигается так, точно и ранений нет, шагает легко и порывисто.
– Я про все забываю, – говорит, склоняясь надо мной, обжигает раскаленным дыханием. – Когда ты рядом. И про бухло, и про боль. И про то, что у меня на воле до черта дел.
– Разве тебе не дают обезболивающее? – напрягаюсь. – А ночью ты как спишь? Раны сильно беспокоят?
– Да нормально, – отмахивается.
– Хорошо, – роняю сдавленно. – Пожалуйста, береги себя. Не пытайся сбежать и постарайся отдохнуть, тогда и поправишься быстрее.
Я поворачиваюсь и направляюсь на выход, а Волков перехватывает меня возле двери, накрывает мое плечо горячей ладонью.
– Такая шустрая, – хрипло бросает он. – А поцеловать?
– В смысле? – пораженно выдыхаю.
– Один поцелуй, – заключает невозмутимо.
– Это смахивает на шантаж, – поджимаю губы.
– Я же не напираю, – скалится Волков.
Ну да. Просто нависает надо мной точно ястреб, гипнотизирует этими нереальными синими глазами.
– Чисто заряд, – прибавляет он. – Ну вроде как для вдохновения. Так и болеть будет меньше. Я уверен. Но если ты против, то не надо.
Ладно. Будет ему поцелуй. Только на моих условиях.