Почему меня динамит?
– Мы дома, Бэмби, – говорю я и вытягиваю ее из тачки, на плечо забрасываю, в берлогу волоку.
Извивается. Перемотанными руками по спине лупит.
И откуда только силы берутся?
Я по заднице девчонку шлепаю.
– Обещаю, скоро я тебя приласкаю.
Бэмби орет. На помощь зовет. Бьюсь об заклад, она надеется привлечь внимание охранников. Ждет помощи. Думает, полицию вызовут.
Наивная.
Квартира в этом комплексе стоит столько, что я могу здесь бойню устроить. Приберут без вопросов.
Я отношу ее в свою спальню, бросаю на кровать.
Девчонка отползает назад. Лихорадочно передвигает ногами. Врезается в спинку и беззвучно вскрикивает.
– Боишься?
Она отрицательно машет головой. Прищуривается. Теперь ее глаза как лезвия. Острые. Холодные. Но это только на миг. После снова искры летят.
Я хватаю девчонку за лодыжки, подтягиваю на край постели. Усаживаюсь и забрасываю брыкающееся тело к себе на колени. Задницей наверх.
Она затихает.
Я провожу ладонью по ягодицам. Поглаживаю. Забираюсь под гребаное красное кружево.
Бэмби будто кипятком обдает. Как же она дергается. Буквально подскакивает. Но быстро застывает. Ощущает животом каменный стояк.
– Пора снять подарочную упаковку.
Я раздираю чертово платье надвое.
– А это для кого нацепила? – вырывается вопрос, когда обнаруживаю, что скрывалось под разорванным нарядом.
Блядство.
Ну пиздец, как она в клуб вырядилась. Могла сразу голой двинуть. Разницы никто бы не увидел.
От трусов тут только одно название. Пара ниток и клочок кружева. Разве это нижнее белье? Долбанная марля. Верх по ходу в том же ключе сделан. Пока тяжело разглядеть. Вот и хорошо, иначе бы я точно сорвался.
Маленькая дрянь. Сперва провоцирует, после пищит от возмущения.
Я бы ее иначе обрядил. Прикрыл по полной. Еще и чтоб крой свободный. Хотя эта сучка и в бесформенном мешке привлечет внимание. Глаза эти проклятые. Рот вызывающий. Лицо надо закрыть, иначе нет смысла.
Стоп. А походка? Она же идет, будто узоры выписывает. Задницей виляет, вся выкручивается, извивается. Тут никакая одежда не поможет. Дрянь вообще на улицу нельзя выпускать. Запереть в четырех стенах и нормально.
Охренеть. Когда меня колышило, как девка одета? Наоборот. Круто, если полуголая, проще разглядеть и оценить фронт работ. Правда у меня глаз наметан, я в любом случае четко суть выхватываю.
Дьявол раздери. Эту девчонку охота для себя одного запечатать.