– Э-э-э… Зачем ти пришёль, Милля? Ти разбиль мине серице! – мотнул Камар головой и вдруг воскликнул: – Всё! Кулюбника! Вкусний, турецкий кулюбника, щто би ти помниль, Милля, какой харощий чилавек Камар Гюлер!
И закричал на своём языке, обращаясь куда-то в зал. Шторки второго из занятых «кабинетов» распахнулись и оттуда, в клубах дыма, с радостным воплем вывалился ещё какой-то то ли турок, то ли араб. Они двинулись навстречу друг другу и примерно в центре зала встретились, обнялись. Камар, жестикулируя, указывая на нас с Ольгой что-то эмоционально восклицал.
– Пошли, – скомандовала мне Ольга и подхватила свою сумку.
– А… мы же не заплатили?
– Пошли! И не смотри на них.
Глядя в пол, мы обошли их по большой дуге. Камар окликнул нас, мы проигнорировали. Зато возле выхода из зала, навстречу нам поднялись два сурового вида мужика. Пройти мимо них – ну… с таким же успехом можно было бы попытаться выйти через стену. Ольга растерянно остановилась, я врезалась в неё… И в это время Камар что-то коротко крикнул и мужики послушно разошлись по сторонам.
– Милля! – крикнул мне Камар.
Я обернулась. Он послал мне воздушный поцелуйчик и рассмеялся.
Сев в машину, Боярская первым делом закурила.
– Ну и? Откуда же ты с ним знакома? – стряхнула пепел в приоткрытое окно.
– А ты?
– Пха!.. Я-то тут кого только не знаю, а вот ты… Целкой, говоришь, Денису досталась? Ну-ну… – она нервничала. Движения были суетливыми, мелкими, взгляд бегал.
– Дурацкий намёк, Оль, потому что я с этим Камаром не знакома! Один раз в жизни видела, ровно три минуты, на улице.
– И что там у тебя за подружка? Ты, я смотрю, блин, девочка-то с секретиками, м? – затянулсь.
– Так, Оль… Я тебе говорю – не знакома я с ним! И только попробуй Денису херни наговорить!
– Стоп, стоп, стоп! – она вскинула руку с зажатой между пальцами сигаретой. – Я никому ничего говорить не собираюсь. Ты – как хочешь. А я точно нет. – Затянулась, помолчала. – Но давай-ка я сначала расскажу тебе кто это, чтобы ты понимала, о чём речь.