Милаха

Общались на английском, но тоже с трудом – он и его знал с пятого на десятое. В итоге, мне пришлось спешно осваивать французский. И знаешь, когда ты живёшь на Рю Бонапарт и вокруг тебя, от булочника до полицейского, сплошные французы, язык ложится в мозг сам по себе. – Окинула меня многозначительным взглядом и наконец погрузилась в изучение меню. – Если он конечно есть, тот мозг.

Я сделала вид, что не поняла изощрённого подкола, улыбнулась.

– А ты жила во Франции?

– В Париже.

Не сказать бы, чтобы очень хотела, но пришлось, и, слава богу, всего полгода. Хотя знаешь… – опустила вдруг меню и задумчиво уставилась в пространство. – Вру! Хотела. Да и француз тот, хотя и староват был, но замуж звал, и это был такой классный повод остаться там навсегда! Показать Машкову средний палец и стать законной мадам Дюбуа… Но наши бабы лёгких путей не ищут, да? Нам же подавай страсти как в бразильских сериалах и подвиг во имя любви. А потом можно и локти погрызть. – Вздохнула и снова углубилась в меню. – Но зато французские фермеры теперь с удовольствием обшивают свои хозпостройки вагонкой с деревообработки Дениса, а мне будет, что вспомнить к старости. Ну и, само собой, знание французского тоже не лишнее… Хм, смотри-ка, у них есть грибной крем-суп. Пробовала когда-нибудь? Рекомендую.

Что-то такое шевелилось в моей груди – то ли зависть, то ли ревность…

– Хочешь сказать, что за полгода язык выучила? Что-то сомневаюсь.

Ольга рассмеялась.

– Нет, конечно! Только более-менее болтать на бытовом уровне начала. Но когда вернулась в Россию, первым делом нашла хорошего репетитора. И до сих пор встречаюсь с ней строго два раза в неделю и раз в год, хотя бы на пару дней, обязательно езжу во Францию. Чтобы практиковаться.

– Зачем?

Боярская окинула меня таким снисходительным взглядом, что я тут же начала закипать.

Всё-таки хреновая была идея – встретиться с этой стервозиной. Лучше было бы оставить Денису записку о том, что нам надо поговорить.

– А я тебе уже говорила зачем, – спокойно ответила Ольга. – Ты вот меня не слушаешь или не хочешь слушать, а зря. Мой опыт, между прочим, такими шишками набит, что учебники писать можно! – Усмехнулась.