Мой мозг, кажется, просто не был предназначен для таких задач. Удивительно, как Боярской удавалось так ловко ориентироваться во всех этих причинно-следственных связях? Сходу же всё просекала и, казалось, даже возбуждалась на них, как ищейка, взявшая след! Да и Денис такой же: тоже всё видит наперёд, поэтому и просит от меня информацию.
Решено! Надо говорить как есть, а уж он сам отфильтрует. Да и что такое личная жизнь Боярской по сравнению с проблемами его бизнеса?
…Если не предположить, конечно, что Боярская, вострящая лыжи к Холмику – тоже одна из новых проблем бизнеса…
Господи-и-и… Да что же это за фигня-то, а? Как будто мне не о чем больше голову ломать! Прав был Денис, когда не стал мне ничего рассказывать, прав был, когда говорил, что меня будет штормить! Бережёт меня от этого, а я сама лезу… А через три дня уже Москва! А ещё два зачёта впереди, и сумка до сих по не собрана.
Выкинула эту проблему из мыслей, занялась конспектами… Но поди, выкини из них ещё и Боярскую, нагло заявившую, что готова утешить Дениса… С-сучка!
Но сучка, не сучка, а то, что поболтать в воскресенье кроме как с ней мне больше было не с кем – это да.
***
В понедельник утром, выходя из лифта, неожиданно угодила в объятия Дениса. Он подхватил меня сходу и затолкал обратно в кабинку. Нажал кнопку четвёртого этажа, крепко обнял… Говорить вообще не хотелось, я просто млела от нежданной радости, и Денис, похоже, чувствовал тоже самое. И мы просто молчали, неподвижно наслаждаясь друг другом, пока не выбрались на этаже.
– А давай, ты сегодня прогуляешь? – он обнял меня со спины, зарылся лицом в волосы, пока я открывала квартиру. – Я весь день освободил, специально для тебя. – Войдя, захлопнул дверь изнутри, прижал меня к ней. – Боялся, только что не застану уже. И знаешь… – коснулся носом носа, – даже в технарь бы за тобой поехал. Серьёзно! Не знаю, как провернул бы это, но поехал бы точно!
Я рассмеялась:
– Зачем?
– Соскучился.