– Да и как ты себе это представляешь? На абонентский ящик он мне будет отвечать, да? Или, может, на твой адрес, а ты мне те письма потом будешь тайком передавать? Блин… Ну ты даёшь!
Максим рассмеялся.
– Короче, надумаешь – скажешь.
Я помолчала. Ну Макс, ну жук…
– И вообще, зачем тебе это? Надеешься, что закрою глаза на ваши с Ленкой шашни?
Он сразу посерьёзнел и после небольшой паузы пожал плечами:
– Причём тут это? Просто не верю, что у вас с Батей надолго.
– Иди на хер, Макс! – мгновенно взорвалась я. – И умозаключения свои туда же забери! – у меня аж руки задрожали от негодования… – Долбануться можно, всё настроение обосрал… Дурак, блин! Идиот!
Макс же спокойно переждал поток брани и, наконец, закончил перебитую мною мысль:
– Не потянешь ты его, Люд. Ну или потянешь, но для начала тебе скурвиться придётся до неузнаваемости. Как все эти, из их тусовки.
– Иди на хер, Макс!
Он осёкся, пожал плечами:
– Как скажешь.
– Заткнись.
– Ладно, ладно… Извини, если обидел. Зато честно.
***
Сон – короткий, всего-то на три часика, не шёл совершенно. Я обнимала подушку, пахнущую Денисом, зарывалась в неё лицом, представляя, что это он, и чувствовала, как моя жизнь, набирая сумасшедшие обороты, летит в какую-то гигантскую задницу.
Прав был Денис, из Олимпа нужно не просто уходить – рвать когти! Но поможет ли это? Панин, мерзкий старый паук, как раз-таки в клубе меня и не тронет.
Рассказать Денису, однозначно! Кроме него никто не защитит.
А как точно Макс подметил суть Боярской! Стелет мягко, а спать жёстко – вот уж правда!
И на счёт того, что и мне придётся стать такой же – тоже, пожалуй, прав. С волками жить – по-волчьи выть, как говорится.