Михаил II

Раздолбят и мехгруппу, и кавалерийский полк на счет раз-два. А остановить их необходимо, а то вся столь блестяще проведенная операция по взятию Ковеля шла коту под хвост. Вот и приходится в очередной раз идти на авантюру. Если прямо сказать, у меня была надежда, что эта авантюра выгорит. Что в этом времени немцы даже не догадываются о «рельсовой» войне и не думают, что на пути их бронепоезда русские заложат фугас. Надежда была и на то, что автомобили мехгруппы смогут выехать на удобные позиции, чтобы в упор расстреливать эти проклятые эшелоны.

Верил я и в свою звезду, а именно, что погибнуть в этом бою мне не суждено – история инертна и цель у нее, чтобы Михаил Александрович погиб в Перми.

Вот эти мысли я и крутил в голове, пока мы не добрались до железнодорожного моста через реку Стоход. Перебираться по железнодорожному мосту на противоположную сторону реки на наших колымагах это была еще та задача. Вопрос движения автомобилей по железнодорожному полотну прорабатывался мною уже давно.

И он возник не просто так, а из-за того что в распутицу единственным путем, который был свободен от толстого слоя грязи, была только железнодорожная насыпь. Вот я и придумал, как двигаться по шпалам железной дороги, не разбивая ходовую часть автомобилей. «Все гениальное просто», – именно так я пел себе дифирамбы, когда придумал, как автомобили могут двигаться по шпалам, не разбивая себе подвеску. А именно по доскам, прибитым к этим шпалам. Доски в Ковеле мы нашли и прибили их к шпалам на этом мосту, но вот подъем на насыпь автомобилей был мной не продуман. И как обычно бывает, выполнение гениального плана генерала пало на мускулистые руки солдат. Я со службы в армии в двадцать первом веке не слышал таких крепких выражений, какие услышал, пока автомобили мехгруппы не оказались на другом берегу реки. Может быть, я услышал бы и какие-нибудь незнакомые мне выверты, но после преодоления моста и разбора досочной дороги мы с мехгруппой разделились.

Подразделение поручика Хватова направилось маскироваться в рощицах вдоль железнодорожного полотна, а «Форд» спецгруппы, спустившись с насыпи, замаскировался в трехстах саженях от моста. Спецгруппе, а именно мне и Первухину, предстояло пустить под откос бронепоезд. Конечно, великий князь не рыл насыпь, чтобы заложить фугас под рельсы, но выбор места, где установить этот фугас, и контроль за прокладкой кабеля от фугаса до вырытого окопа был за мной.