Мизгирь

По тёмным углам громоздились коробки, а у небольшого круглого оконца, выходившего на улицу, стояла старая покосившаяся тумба, чуть в стороне от неё притулился деревянный сундук, совсем как в старых советских сказках, которые Лера так обожала в детстве.

Ей вдруг вспомнились зимние каникулы в школе, запах новогодних подарков в прозрачном шуршащем пакете – они пахли шоколадными конфетами, мандарином и свежим румяным яблоком, принесённым с мороза. Родители уходили на работу, а её не будили, потому что было ещё рано.

Но Лера всё равно не спала долго, потому что ровно в девять утра по телевизору начинали показывать сказки: «Морозко», «Василиса-краса длинная коса», «Огонь, вода и медные трубы» и другие. Лера неспешно потягивалась, высовывала из-под одеяла ноги, зябко ёжилась, в комнате после тёплой постели было прохладно, и она, чуть помедлив, одним движением вскакивала с кровати и бежала к телевизору. Быстро включив его, она неслась обратно, закутывалась по самые ушки в одеяло, и, устраиваясь поудобнее, с замиранием смотрела на светившийся экран и слушала заветное: «В эфире программа «В гостях у сказки».

Лера тряхнула головой, улыбаясь воспоминаниям, и шагнула к сундуку. На его крышке лежал толстый слой пыли, Лера, осторожно взяв за металлическую петлю, потянула наверх. Крышка легко поддалась, и Лера заглянула внутрь. На самом дне сундука лежала какая-то тряпка, как ей сначала показалось, несколько фотографий, и то ли альбом, то ли блокнот в твердом переплёте. Лера наклонилась и вынула светлую ветошку, ею оказалась блузка, причём довольно интересная, сейчас бы это назвали винтаж или даже бохо-стиль, когда-то, по всей видимости, бывшая белой, сейчас она приобрела пыльно-серый цвет, с завязочками на груди, расшитая цветной вышивкой по вороту и краю рукава.

Орнамент был весьма занятным, переплетение полевых цветов – маков, васильков и ромашек, с какими-то незнакомыми символами, похожими на иероглифы. То ли это были просто абстрактные узоры, то ли какие-то неизвестные Лере письмена. Они были вплетены в цветочный узор так тонко и ловко, что сразу их было и не приметить. Фонарь в виде керосиновой лампы, взятый Лерой с собой, заморгал, и она оглянулась назад, посмотрев на него. Спустя пару секунд он вновь заработал нормально, и Лера продолжила изучать содержимое сундука.

Вслед за блузкой она достала альбом. Он оказался довольно увесистым, Лера открыла первую страницу и тут же зачихалась от пыли, поднявшейся густым облаком в воздух.