Штурм Бахмута, позывной «Констебль»

Я же с «Масленом» на одном лагере был. Шконки почти рядом стояли. Тот еще, конечно, был пассажир в зоне. Ну да ладно. Ты же их послал с «Топором» запустить птицу, а хохлы срисовали, откуда они взлетают, и закидали их ВОГами. А мои прибежали, и он прямо охоту открыл на них. Поджидали, суки, когда они на «открытку» выйдут, на шоссе.

Но они, видишь, даже на перебитых ногах его принесли, — искренне восхищался и грустил «Бас» о своих ребятах.

— Герои, что тут скажешь.

— «Прапор» и «двухсотых» вытаскивал от заправки, когда «Макса» ранило.

— Так это он? Там вы ваще по красоте сработали.

— Пффф… — выдохнул «Бас». — Ему «Мужика» давать можно легко. Или «Егория» офицерского, как при царе-батюшке.

Он прапорщиком в армии был! Это уже почти офицерский чин, по-старому.

— А как они с заправки вытащили пацанов?

Я увидел, как «Бас» приосанился и повеселел, готовясь рассказать мне про своих ребят.

— Мы вдвоем с «Прапором» разрабатывали план. Через два дня после того, как «Макса» ранило.

Лицо Сереги стало серьезным, как у Кутузова в Филях.

— Думали, как забрать этих «двухсотых».

Он остановился, видимо, мысленно восстанавливая ход событий."

"— Когда «Макса» затрехсотило, я на его место поставил «Прапора». Потому что он был не просто храбрым, а безбашенным! В хорошем смысле этого слова. Ребят нужно было доставать. Но, когда мы пробовали, ранило троих: «Макса», «Бриза» и «Анжу», которому порвало щеку.

— Нифига себе! Лехе тоже щеку расхерачило.

— Я помню, как он сидел передо мной с разорванной щекой и спрашивал: «Кто нас туда послал? Зачем мы это делали?».

Ясно, кто… — скривился «Бас». — И мы с «Прапором» стали решать, как их доставать оттуда. Мы понимали, что есть два варианта: раннее утро и поздний вечер во время собачьей вахты — когда спать больше всего хочется. Когда ты стоишь на фишке целый день, к этому времени глаз замыливается, и ты хуже соображаешь. Мы сначала сходили туда вечером, чтобы посмотреть, где они примерно лежат. И решили, что лучше забирать их рано утром. Вариант был только один. Нужно было действовать по принципу «Наглость — наше счастье». «Макс» проверил их, и стало ясно, что они не заминированы. Нужно было просто забежать туда, схватить их и вынести под носом у хохлов. Я попробовал пойти сам, но мне приказали сидеть, как командиру на месте. «Прапор» взял четверых бойцов и утром выдвинулся на позицию перед заправкой. Решили, что два человека потащат по одному бойцу, и один был на подстраховке.