Спрятала лицо у него на груди, непрерывно дыша, цепляясь за куртку.
Волков подхватил меня на руки и понес из квартиры. Ничего не спрашивала. Мне было без разницы, куда мы идем, главное, что он со мной. Цепляясь, как никогда, за его рубашку, боялась, что Сергей – плод моего воображения, и сейчас он исчезнет, и я вновь там… и меня убивают.
Ничего не говорила, вдыхая его запах, желая отрешиться от всего. Оказавшись напротив железной двери, он осторожно поставил меня на ноги, не отпуская от себя, а потом вытащил ключи и открыл квартиру.
– Рита, я сейчас отойду…
– Нет. Не уходи, – попросила или потребовала, не знаю, не контролировала свой голос и мысли.
– Мне нужно на несколько секунд выйти. Ты в безопасности.
– Не уходи, – почти закричала, вглядываясь ему в глаза.
– Несколько минут, хорошо? Я в кухню.
Кивнула и села, обняв себя за плечи. Его не было всего ничего, но мне было не по себе, пусть даже я слышала голос, свидетельствующий, что он разговаривает по телефону.
Волков вошел в комнату, где кроме кровати ничего не было, и, сняв куртку, бросив на спортивную сумку, стоявшую в углу, подал мне стакан мутной воды с пузырьками.
Я оттолкнула, не желая, чтобы он меня усыпил.
"Сергей нахмурился и, забрав стакан, поставил его на пол. Поднялся и взялся за ремень, вытягивая его. Снял черные джинсы, оставшись в боксерах, и резкими движениями дернул свою рубашку, да так, что разлетелись все пуговицы.
Было плевать, главное, чтобы он был рядом.
Когда Охотник хищно взобрался на кровать, я только облизнула губы, отмечая в его глазах чистое безумие, граничащее со страхом за мою жизнь.
Наблюдая, как он пожирает меня взглядом, осатанело и жадно, подумала, что Сергей напрочь уничтожил свой контроль, выпуская на волю свирепого хищника в себе. Волков дернул меня на себя и, обняв одной рукой за талию, второй схватив лицо, прижал к своей груди, громко отчеканивая:
– Все, доигрались в телохранителя и его девочку. Игры закончены.