Хочу с Ритой!
Мгновенно рванула к малышке, закрывая спиной, оттолкнув воспитателя, слыша гневное рычание Лимиковой:
– Вот видишь, что ты натворила? Это ты виновата, что она непослушная! – потом женщина повернулась к девочке и процедила: – Тебя не спрашивают! Я сказала идти, значит, нужно идти!
Она попыталась вновь схватить ее за плечо, отталкивая меня. Моментально взорвалась от злости и попыталась без криков отодвинуть ее, не желая травмировать ребенка безобразной сценой.
– Пожалуйста, не нужно. Я сама ее отведу! Не нужно кричать и дергать девочку.
– Она не особенная! Обычная мелкая никчемная девка! А ты дала ей понять, что она что-то может желать и требовать большее, чем достойна. Но она никто!
Договорить Лимикова не успела, так как вскрикнула от невежливого захвата мужчины, схватившего ее за руку и сжавшего, отчего она вскрикнула и попыталась вырваться, с ужасом смотря на него, но, естественно, не получалось.
– Женщина, успокойтесь и ведите себя достойно.
Такие простые и правильные слова, но, сколько в них силы и мощи, отчего Вера Петровна только с ужасом открывала рот, не в состоянии ответить.
– Я буду жаловаться… директору!
– Ваше право. И заодно скажите телефон Андреевой, чтобы я смог переговорить с ней.
– Она сегодня здесь. На первом этаже, у вахтера уточните. А мне некогда, – сказала она и пошла вперед, не смотря ни на кого."
"Повернулась к Охотнику и молча стояла, не зная, что сказать. Он сделал шаг и произнес:
– Идите ко всем, а я к директору. После серьезно поговорим.
– Может, мне… тоже с тобой?! – предложила, считая, что если он собирается уточнять по удочерению, то мне тоже там нужно будет быть.
– Нет. Я пока сам. Будь с Настей, – категорично произнес он и щелкнул Настю по носу, выдав улыбку, отчего она счастливо засмеялась, направился по дорожке к зданию.
– Когда я вырасту, у меня будет такой же жених. Он меня никому в обиду не даст! – с искренним убеждением проговорила она, смотря вслед Волкову.