И бурный поток немедля подхватил наездницу, недолго Тайли продержалась верхом, ее просто-напросто смыло и понесло в неизвестном направлении. Дочь правителя еле успевала хватать ртом воздух, как ее снова накрывало волной. Вдруг бедняжка ощутила удар о камень, за коим последовало еще несколько столкновений, после третьего наступила темнота.
Приходила в себя с трудом. В моменты, когда сознание возвращалось, возникала жуткая боль. Болело все. Бедняжка кое-как приоткрыла глаза, и первое что увидела, это искаженное яростью лицо орка, из носа которого шла кровь.
– Гинжа! (Стерва!) – прорычал гигант и схватил несчастную за горло.
– Пусти…
Но орк только сильнее сжал руку, из-за чего Тайли чуть снова не потеряла сознание.
– Отпусти ее, Ибар, – подоспел второй. – Унараг велел доставить живой.
– Гадина! Из-за нее я бы сдох позорной смертью!
– Не сдох же… – осклабился орк. – Надо связать ее, – достал из сумы веревку.
Ибар тогда кивнул и вроде как даже сменил гнев на милость, по крайней мере, руку с шеи убрал.
– Вот теперь мне легче, – загоготал верзила.
– Помогает, да? – и второй проделал то же самое. – Правда, помогает.
Но тут к ним подошел тот, что постарше.
– Хватит! – рыкнул со злостью в голосе. – Орчанок своих будете хватать, эту не трогать.
А Тайли от унижения и бессилия заплакала, но чтобы не показывать слез, уткнулась лицом в лошадиный бок.
Холодный ветер обдувал со всех сторон, от веревок руки и ноги быстро затекли, спину тянуло из-за неудобного положения. Но Тайли терпела, правда, надолго ли хватит этого терпения.
К счастью орки решили сделать привал. Ибар снял пленницу с лошади и бросил на землю. Сколько же в нем ненависти и отвращения! Будь его воля, наверно давно бы свернул ей шею.