– А с чего ты решил, что эта самка принадлежит семье Арвига?
– У нее родовая печать на шее, так что, сомнений нет.
Тогда Фаргар быстро сбросил с себя броню, после чего направился в шатер лекаря. По пути поприветствовал воинов, а у самого входа столкнулся с Ибаром, орк относил дрова для пещи.
– Приветствую, бэр Фаргар! – склонил сразу голову."
"На что вожак лишь кивнул, затем проследовал внутрь, а вот Ибар забеспокоился, неизвестно, как глава клана распорядится жизнью девчонки.
– О, Фаргар! – вышел из своего гулума лекарь.
– Где пленница? – тут же втянул носом воздух… какой странный запах.
– Так, вон, – указал на соседний гулум, вход в который был завешен шкурой.
И чем ближе Фаргар подходил, тем неспокойнее становилось на душе. Запах всколыхнул что-то глубоко внутри, что-то давно позабытое. Когда убрал шкуру в сторону и посмотрел на ту, что лежала к нему спиной, аж на месте застыл. Орк сжал руки в кулаки, на шее вены вздыбились, сердце зашлось, а перед глазами возник образ из далекого детства.
Орк обошел койку. Девушка лежала, свернувшись калачиком, лицо было спрятано под густыми светлыми локонами. Фаргар опустился на корточки и осторожно убрал волосы с ее лица, чтобы не разбудить.
Это она… девочка из прошлого, которая превратилась в женщину. А еще она – дочь убийцы его семьи. Фаргар взялся за медвежью шкуру, хотел стянуть, но приподняв, увидел, что на девушке ничего, тогда сразу вернул шкуру на место. Орк не мог понять, что сейчас чувствует, все перемешалось. Перед ним лежит Тайли… Тайли…
Вдруг она заворочалась, начала кашлять, и Фаргар резко поднялся, после чего спешно покинул гулум.
– Почему она голая? – недобро глянул на лекаря.
– Так, тряпки ее в негодность пришли.
– Коль так, раздобудь другие. Пусть оденется.
– Где же я их раздобуду? – захлопал глазами Тунгур.
– Ладно… – голос вожака прозвучал как-то потерянно. – Я зайду позже, тогда и решим, а пока следи за ней. Чтобы было и питье, и еда.
Он вышел из шатра, и какое-то время просто стоял, грудь часто вздымалась, голову точно огненным обручем стянуло.