Алкоголь не успел ударить в голову, но я щурюсь, и не верю своим глазам. Да ну. Быть не может.
Почти уверен, что мне показалось, но девушка поворачивает голову и я прозреваю.
Марьяна смотрит прямо на меня. На её лице — ноль удивления. Красивые пальцы скользят по стеклу стопки, а глаза блестят.
Я смотрю на нее, чуть вниз, потом снова в глаза Боже, эта аристократка накидывается шотами.
— Ты что тут забыла вообще? — Я спрашиваю громко, перекрикивая музыку. Сам же внимательно изучаю Марьяну. Мне сложно определить сходу, насколько она пьяна, но румянец на щеках и дрожащая в уголках губ улыбка кажутся мне милыми.
Зачем-то оглядываю зал. Голодных направленных на неё взглядов не нахожу. Уже хорошо. Только какого черта это меня интересует?
Бармен обновляет мне виски. Марьяна поднимает в воздух свою радужную стопку.
Смотрит на нее, как будто с любовью, потом на меня. Покачивается немного.
— Пью! — Отвечает торжественно и громко, после чего опрокидывает рюмку, выпивая до дна. Морщится и со стуком ставит на стойку.
Хочет выглядеть дерзкой, наверное, но я еле сдерживаю улыбку. Всё же пьяная —она милашка. Вздернула бровь, покачивается, ждет. Госпожа, твою мать.
Я кручу в руке свой стакан, подношу ко рту, пригубляю. Не так, как отчаянная Марьяна, конечно, но под её пристальным присмотром.
Виски дразнит вкусовые рецепторы и обволакивает горло.
Я возвращаю стакан на стойку.
— А ты почему здесь?
— тоже пью.
— Как то слабенько, — Марьяна фыркает, и вот тут-то я не сдерживаюсь — уже смеюсь, запрокинув голову.
Черт она неисправима. Будет колоть меня, пока не сдохну.
Колеблюсь секунду или две, а потом... Да похуй, к чему раздумывать?
Перемещаюсь на соседний с ней табурет, допиваю вторую порцию. Бармена подзывает уже она. Я не против, пусть поливает.
— Запомни: отель Ривьера, номер 312. Ключ у меня в сумочке. Это здание напротив.
— Это что? — хмурюсь, но все равно запоминаю, как Марьяна и просила.
— Это адрес, по которому я должна завтра проснуться. И ты, как джентльмен, мне это гарантируешь.
Я мог бы ответить ей замечанием о том, что её наглость не имеет предела, но вспоминаю её слезы в трубку, понимаю, что девушке досталось. Потом вспоминаю свой разговор с Катей и решаю, что нехуй мне язвить.
— Договорились, — поднимаю свой стакан. Радостная Марьяна берет в руки новый шот. Стекло бьется о стекло и мы выпиваем.