Напряженная, Индиго повернулась за снаряжением для полетов в сырую погоду.
– Вообще-то, – остановил ее Глубин, – со мной отправится Причал.
Тугодум телохранитель, поигрывая ножом, поднял на принца ошалелый взгляд. Индиго же застыла с копьем в лапе. На ее морде отразились недоумение и боль.
«Дело не в тебе, – хотел сказать Глубин. – Не в том, что ты разбила кубок, а в том, как на тебя сейчас смотрит Мракокрад. В том, что он вообще на тебя так пристально смотрит. Лучше тебе на время отойти в тень. Вот и все.
При Мракокраде он такого, конечно же, сказать не смел. Индиго все придется объяснить потом, после прогулки.
Причал грузно поднялся с пола и, сморщившись, посмотрел на дождь за окном:
– И что, мы… прямо вон туда полетим?
– Ага, – сказал Мракокрад. – У вас жабры, не захлебнетесь. Полетели!
Он потащил Глуби́на к балкону, и Причал угрюмо последовал за ними.
На балконе Мракокрад снова раскрыл сумку:
– Взглянешь на серьги, которые я купил для Ясновидицы? Мне не терпится их подарить… Проклятье, вчера поймал белку и всю сумку изгваздал. – Качая головой, он вытряхнул себе на лапу комья земли и камушки и бросил их за плечо, прямо в комнату. – А, вот и они.
Он показал серьги – красивые молочно-белые шарики, похожие на прозрачные луны. Глубин согласился, что это – идеальное украшение для Ясновидицы.
Потом они полетели к Королевской башне, и всю дорогу Глубин уверял себя, что волноваться не о чем. Скоро он вернется, они с Индиго поговорят, и она все поймет. Он убедит ее, что не надо быть такой мнительной: Мракокрад не замышляет дурного, нечего с ним ссориться.
Все будет хорошо.
* * *"
"На обратном пути предпочли не лететь через бурю, а вернулись извилистыми коридорами дворца.
Приближаясь к покоям, Глубин почувствовал неладное. Он не знал, в чем дело, ведь снаружи ему все казалось как обычно. Было тихо, но это и не удивляло, ведь Индиго оставалась одна.