Как будешь с этим жить? Сколько протянешь? Когда и как я тебя ударю в ответ, подставлю, кину? Не страшно?..
— За что ударишь?.. — опускает он взгляд. — Не я изменил тебе.
— За насилие.
— Выбор — это не насилие.
— Это не выбор. Это шантаж. Издевательство над моим сыном. Я такое не прощу.
И обязательно ударю. В самое слабое место. Это отложенная публичная казнь.
Каждый вечер я ложусь с мыслью, как уничтожить тебя. Каждую ночь я её думаю. И ведь я выжду момент и уничтожу. Тебе не страшно держать рядом врага?
— Тебе нужен психиатр.
— А психиатр считает, что он нужен тебе.
— Тори, я не могу, понимаешь?
— Почему?..
Он отходит к окну, складывая руки за спиной в замок.
— Потому что…
— Ты зациклился. У тебя даже нет ответа — зачем это всё. Неужели ты думаешь, что я подпущу тебя? Лягу с тобой в постель, начну создавать тебе уют и поддерживать твой статус?
— Ты от этого только выиграешь сама. Неужели ты не понимаешь? — устало.
— Выиграю что? Миллион?
— Значительно больше!
— Для меня это не мотивация.
— А что мотивация? Давай попробуем договориться.
— Давай… — пожимаю плечами.
— Что тебе нужно?
— Многое. Например — смех, расслабленность и счастье на лице Илюшки. Чтобы он чувствовал себя свободным от оценок и любимым просто так!
Задумчиво смотрит в окно.
— Так не бывает.
— У тебя не было?
— Нет."
"— И у меня не было. А у него пусть будет, Борь! Лучше, чем у нас с тобой.
— Ты считаешь, что я плохой отец?
— А ты считаешь — хороший?
— Я стараюсь не повторять ошибок своего.
— Он счастлив от этого?
— Дети неблагодарны… Но когда вырастет, он оценит моё участие в своей жизни гораздо выше твоего, Тори. Я даю ему будущее.
— Наверное, мой отец, отобрав моего ребёнка, думает точно так же, что когда-нибудь я оценю его участие.
— Именно! — оживает он, разворачиваясь ко мне с энтузиазмом на лице.
— Нет, не оценю. Идите к чёрту со своей больной заботой. Обо мне есть, кому заботиться. А… и кстати, я беременна.
— Что?..
— У нас со Стёпой будет ребёнок. Поэтому судиться тебе за сына придётся с глубоко беременной женщиной. И я тебе гарантирую — процесс будет максимально скандальным и публичным.
Он устало закрывает глаза. Трёт переносицу пальцами.
— Это же неправда, да?
— Правда! Мы очень хотели ребёнка и на порыве чувств его зачали.
Демонстративно постанывая от удовольствия, ем огурец. Когда я была беременна Ильёй, то тоже поглощала их банками.