— А порядок суммы?
— Твой коллега получает… — набирает мне на телефоне впечатляющее число, — столько. Думаю, у тебя клиентов будет больше.
— Почему больше?.. — вздёргиваю я бровь.
Синицын, ухмыляясь, рассматривает меня в зеркало, висящее на стене. Рубашка слишком обтягивает грудные мышцы и бицухи, замечаю я, надо сменить на размер побольше. А то как стриптизёр!
— Почему… Ты же у нас непревзойдённый спец, Державин! — с ноткой сарказма. — А если догадаешься оголить свои рельефные руки, так вообще отбоя не будет.
— Э‑э‑э… Синицын! — возмущённо ловлю его взгляд в зеркале. — Я не оказываю интимных услуг.
— И это правильно. Затрахают до смерти! Стоит только раз согласиться. Как эстафетную палочку передавать начнут. Пусть просто облизываются и представляют, насколько ты хорош. А коллега твой, по слухам, не брезгует и услугами интимного плана для некоторых респектабельных дам. Но если вдруг тебе захочется пойти по его стопам — не в рамках клиники. Наша репутация не должна скатиться к салону интимных услуг.
Оттягиваю ворот рубахи, ослабляя галстук.
Мда…
Но! Чем плоха эта работа? Временно — вполне себе. Массаж — часть моей специализации. Хорошо освоенная мной часть.
— Удачи. Надеюсь, сработаемся.
В меде мы с ним неплохо ладили. Звёзд он с неба не хватал, но был упёртым, и смог доучиться до конца. А я — хватал. Но карьера моя теперь на паузе. Как и личная жизнь.
Синицын уходит, оставляя меня одного. Изучаю свой кабинет, проводя инспекцию и записывая в блокнот всё, чего мне здесь не хватает для нормальной работы.
— Степан Дмитриевич, — заглядывает медсестра с ресепшена. — Можно?
— Конечно.
Молоденькая брюнетка, взгляд цепкий, игривый.
— Я — Зоя.
Киваю.
— До обеда, — заглядывает она в блокнот, — массаж шейно‑плечевого отдела… общий массаж тела…
Она перечисляет, стреляя в меня заигрывающими взглядами.
— Давай так. Ко мне ты отправляешь тех, кто посложнее, а к… Как его?
— Гарин?
— Да, Гарин.
Не понравился мне мой коллега. Пока курили, скормил кучу утомительной и несъедобной пошлятины про свои подвиги.
— Вот к Гарину всех, кто на релакс, а ко мне всех, кому поправить здоровье. По возможности.
— Я поняла, — улыбается она. — Там мама с девочкой тринадцатилетней записались. Сотрясение у неё.
— Вот! Отлично. Этих ко мне.
— И беременная с растяжением…
— И её ко мне.
— А ещё мужчина… Что‑то там особенное у его жены, хочет лично поговорить со специалистом. Именно с Вами.
— Тогда — тоже ко мне.