Мальчишка тоже ревёт.
Проглатываю весь яд, который хотелось обрушить на неё. Не до этого ей…
— Вик, дай мне его.
Она словно не в себе. Прижимает сына сильнее.
— Мамочка… — крепче вцепляется в неё мальчик.
— Вика, давай… Ты плачешь… Он боится… Отдай… Мы договоримся с ним… Я обещаю, всё будет хорошо… Вик…
— Нас на рентген сюда отправили, — слышу голос её мужа.
— Разберёмся. Вика, отдай его мне, ну! — строго нахмуриваюсь.
— Тори, отдай ребёнка врачу.
— Вика…
Глубоко вдыхает, расслабляя руки. Забираю мальчика.
— Мам!
— Я с ним пойду!
— Лучше не надо.
— Он испугается!
— Да вы уже напугали его до истерики! Тебя как зовут? — заглядываю в глаза мальчику.
— Илья… — заикаясь.
— Илюха… — снижаю я голос, чтобы слышал только он, и делаю пару шагов подальше от них. — Такие дела… Мама испугалась, плачет. Нехорошо, когда женщина из-за мужчины плачет. Пусть тут подождёт, успокоится. А мы тебе пока ногу сфотаем.
И всё. Больно не будет, обещаю!
Растерянно смотрит на меня. Но больше не плачет.
— Маму же жалко?
— Жалко…
— Давай без неё? Ты же взрослый парень.
— Болит… — всхлипывает.
— А что случилось?
— Упал…
— Где? На лестнице?
— Нет… хоккей.
Уношу его чуть подальше.
— Ты хоккей любишь?
— Нет!
— А я тоже не люблю! Я футбол люблю. А у меня, кстати, два кота есть. Оба футболисты. Хочешь, покажу?
— Котов? Хочу…
Включаю ему на телефоне видюшку, как коты бесятся с мячом. Отдаю в руки.
Залипает…
— Смотри… Рыжий — Зидан. А лохматый — Бекхэм. Смешные?
— Да, — шмыгает носом.
— Сфотаем ногу, ладно? Специальным фотоаппаратом.
— Больно не будет? — не отрывая взгляда от экрана.
— Нет. Тебе делали флюорографию? В такой железной камере?
— Да. Когда болел.
— Вот, то же самое.
— Ладно…
— А мама пусть подождёт.
— Ладно.
— Сейчас вернёмся, — бросаю я застывшей Вике.
Пока Илья смотрит кучу моих видюшек про котов, быстро делаем всё необходимое.
Включаю ему мультики. Несу обратно. Вика с мужем яростно вполголоса спорят.
— Это всего лишь спортивная травма, Тори! В любом спорте никто не застрахован!
Не делай трагедию из этого! Или ты считаешь, что я намеренно?!.
— Да! Я так считаю! Это твоё…
Увидев нас, прерывается на полуслове и срывается нам навстречу.
— Что там? — с тревогой заглядывает мне в глаза.
— Снимки сейчас принесут, пойдём в кабинет.
Вике киваю на свой стул. Илью уношу на кушетку за ширму.
— Слушай, дружище. Вот сейчас мне надо будет тебе ногу поправить, чтобы она перестала болеть.