— Когда — только что?.. Он ничего не помнит!
Кладёт мою кисть на свой твёрдый, увеличивающийся в моей руке член. Сжимаю его через шорты.
— Ты же опоздаешь… Я тебе пирог испекла. И завтрак… — невпопад бормочу я. — Ты же голодный лёг.
Непослушными руками отрезаю кусок, демонстрируя. Сглатывает слюну.
Подхватив с тарелки, откусывает большой кусок со стоном удовольствия.
Проглатывает.
— Я в душ! — прищуривается. — Принеси полотенце, пожалуйста!
Смывается.
Ох… Там, в ванной, у него целая стопка свежих полотенец!
Но, переключив Илюшке плазму на мультики и уложив его, я беру в шкафу ещё одно… И… Можно было и не брать! Что я, не знаю, зачем иду?! Прекрасно знаю!
Сгорая от стыда, захожу внутрь.
Нет в этом ничего постыдного! Я хочу его… Это нормально! Так же и должно быть!
Отодвигая дверцу душевой, ставит руки по обе стороны. Распахнув глаза, смотрю на его готовый к бою инструмент с налитой тёмной головкой и толстым семенным каналом снизу. И этот откровенный его вид вгоняет меня в ступор.
— Раздевайся… — нетерпеливо.
И мне очень жаль, что я не умею делать это профессионально и красиво. А больше напоминаю стыдливую девчонку! Потому что он, без сомнения, заслуживает лучших эротических шоу в свою честь!
Не дождавшись, пока справлюсь с трусиками, втягивает меня под воду. Вскрикнув, расслабляюсь в его руках. Уж лучше расслабиться до вторжения! Сжимаюсь, вспоминая, как это было. Когда он растягивал меня, насаживая на себя.
Его губы под водой скользят по моим.
— Я грубый? — словно улавливая мой зажим.
— Нет!
— Я просто очень голодный… Мне тебя так мало… Потерпи… Я не всегда такой.
Вечером будет по-другому, обещаю.
Ещё и вечером?!
Мне хочется очень много ему сказать… Что не грубый! Что замечательный!
Именно такой, как надо мне! Но мой речевой аппарат не хочет работать, выдавая в этой пьянящей истоме только стоны.
Придерживая меня за ягодицы, приподнимает, упирая спиной в стену. И, несдержанно кусая моё плечо, насаживает…
Закрываю глаза, расслабляясь под горячими струями воды. И забываю обо всём на свете, концентрируясь только на своих ощущениях… изучая их…
В груди бьётся тяжёлым сладким удушьем на каждый его толчок внутрь.
Ощущение нарастает, разгоняя мой пульс.
— Вика… — больше чувствую, чем слышу его вздох. — Я люблю тебя…
Задохнувшись от взрыва нежности в груди, я вылетаю ощущениями за границы своего тела! Оно немеет, и его член увеличивается у меня внутри. Судорожно сжимаюсь от накатившего удовольствия, теряя ориентацию и ловя его губы.