— Ну, может ты и прав, — согласился Юра, — пойдем тогда помогу вам… а потом пообедаем, грузим все и едем.
К обеду Маша наконец проснулась, и долго лежала с открытыми глазами и отрешенно смотрела на щель в приоткрытой топке, а по щеке катились слезы. Наталья несколько раз позвала ее за стол, но никакой реакции. Я подошел к дивану и сел на пол…
— Маша, надо поесть…
Она ненадолго перевела на меня взгляд и снова уставилась на огонь.
— Нам уезжать надо… ты реши, поедешь с нами или останешься со стариками в деревне?
— Зачем я вам? — она так тихо спросила, что услышал только я.
— Ты должна жить дальше, — непроизвольно я тоже понизил голос, почти прошептал.
— Зачем?
— Не знаю, — пожал я плечами, — ради будущего наверное.
Маша снова перевела на меня взгляд и спросила:
— А оно есть, будущее?
— Я очень надеюсь что есть, и очень хочу чтобы у тебя оно точно было.
— Почему надо уезжать, и куда?
— Долго объяснять, скоро тут будет опасно, мы едем на север… наверное ближе к Хабаровску, а там как получится, будем искать где остановиться.
— Кто вы? — Маша уже не отводила взгляда, утерла слезы и перестала плакать.
— Разные люди, но объединяет нас одно, Мы выжили, и теперь будем пытаться жить дальше, вместе… Пойдем к столу, а? Я тебя познакомлю со всеми.
Маша неловко посмотрела на пол. Я встал и сказал:
— Так все отвернулись, Наташ, помоги одеться.
Все терпеливо дождались Машу к столу, Наталья помогла ей дойти и усадила рядом с собой, пододвинув ей тарелку с гречневой кашей хорошо сдобренной тушенкой.
— Ну, будем знакомиться?
— Маша, — ответила она и попыталась улыбнуться.
— Сергей! — тут же ответил Сережка и протянул ей руку через стол, улыбаясь во все тридцать два зуба, и решил всех нас представить, — это дядь Андрей, это теть Наташа, это дядь Володя а это Юра… эм… дядя Юра.
— Спасибо вам, — сказала Маша, — там… ну куда вы собираетесь ехать, будет безопасно?"
"— Неизвестно, — ответил Юра, — но мы попытаемся найти безопасное место.
— Вы мне дадите оружие?
— Обязательно, только сначала я научу тебя им пользоваться, — улыбаясь ответил Юра.
— Я умею… с пистолетом… папа показывал, он полицейский… был, — ответила Маша, ее подбородок начал подрагивать и навернулись слезы.