Магазин был хозяйственный, на отшибе, поэтому и завернули к нему, да и банный день ведь запланировали. Покидал в рюкзак всякого шильно-мыльного, прихватил рулон пленки из «дачного» отдела, вложив один в другой три оцинкованных таза, покидал в них свечей, две и единственные из оставшихся целыми лампы «летучая мышь» и каких-то полотенец.
— Еще раз схожу, — сказал я Володьке и положил у снегохода добро, — что эти?
— Стоят спокойно, курят.
— Ясно.
Вернувшись в магазин, я сразу направился к отделу с инструментами — когда вылезал, заметил бензопилу.
— Вот, теперь баню сделаем, — сказал я Вовке, закрепляя груз, — и будет бензопила запасная, и цепей к ней нашел пару запасных.
— Ага, и постирушку можно затеять, — ответил Вовка, усевшись наоборот на снегоходе и не спуская глаз с двух других посетителей магазина, — на это можно и снега натопить, вдоль стены с воротами все больше чистого снега намело.
До вечера занимались ПХД. Напилили дров, в две бензопилы быстро разделали с Вовкой три дерева, подтащили попиленные пополам хлысты к воротам снегоходом и уже там разделали на подходящие чурки.
Ночью все, кроме Сергея проснулись от шума снаружи. Гудело и завывало так, что казалось, сейчас кровлю сорвет и плиты перекрытия, ну и нас изнутри выдует.
— Нихрена себе буря, — подкинул пару поленьев в печь, сказал Вовка, — нормальная же погода была днем, мне даже показалось что небо не такое темное.
— Сейчас не угадаешь, что вообще может быть с погодой, после всего, что произошло.
— Давайте может по пять капель, пока дите спит? — предложил Вовка.
Я и Юра молча кивнули в знак согласия и принялись «накрывать на стол», в смысле открыли пару консервов и поставили на стол.
— Хлебушка бы, — с тоской сказал Вовка, разливая алкоголь по стаканчикам.
— А в чем проблема, муки привезти? — спросил Юра.
— А печь как, в чем? Муки кстати есть килограмм десять.