Прошли ряд каких-то ангаров железных, встали и прислушались — тишина, только ветер немного подвывает в проводах столбов освещения. Жутковато немного стало, глядя на грязно красное небо, почему-то вспомнилась картинка из детства, когда мы с отцом закрывшись в ванной проявляли фотографии при свете светильника с плотным красным светофильтром. Сбоку скрипнула не до конца оторванная ураганами жестяная труба ливнестока, болтаясь под крышей здания, добавив еще немного жути в окружающую обстановку и заставив нас замереть.
— Долбаная труба, — выругался я, чувствуя, как волосы зашевелились под шапкой, — чуть не обделался мля.
— Угу, — кивнул Юра, — здесь постой, я к штабу.
Исчезнув в темноте, Юра оставил меня одного. Я медленно начал поворачиваться на 360 градусов, осматривая место, часть старая, вон и год постройки выложен на фронтоне кирпичного здания — 1952, как сказал Юра, тут раньше артиллеристы находились, потом связисты, а потом передали эту часть тыловой службе, превратив в «автостоянку» для техники на консервации.
— Иди за мной, — неожиданно зашипело в наушнике, заставив меня вздрогнуть. Да что ж такое! Вот блин Вовка, «Нострадамус» хренов, предчувствие у него…
— Принял, — ответил я и поспешил к напарнику.
Юра стоял рядом с шиферной крышей одноэтажного кирпичного здания, как он сказал караулки, в десятке метров было ещё одно, побольше — штаб. Обошли крышу караулки, перекусили болторезом небольшой навесной замок на дверце во фронтоне и пробрались на чердак, где включив фонари осмотрелись
— Юр, а тут вообще много народа служило? Штаб-то вон какой.
— Последние лет двадцать только ВОХР и трое прапоров — алкоголиков, часть не боевая, склад по сути.
— Ясно.
— Ну-ка помоги, — Юра ухватился за крышку лаза — щит из досок оббитый жестью.
Чуть приподнявшись, крышка застопорилась, а под ней что-то громыхнуло.
— Там цепь снизу, — пояснил Юра, — и замок. Загляни, болторезом дотянешься?
— Нет…
— Ну тогда ломаем, дай-ка фомку.
Оторвав две хилые петли, приподняли щит, и развернув его по диагонали скинули вниз, де он громыхнув повис, раскачиваясь на цепи.
— Посвети, — сказал Юра, — и винтовку держи.
Спустившись вниз, мы оказались в помещении сушилки, на стене несколько зарешеченных ТЭНов, два овчинных тулупа на вешалке и пара валенок под ней.
— Надо будет прихватить, — посветил я фонарём на тулупы.
— Обязательно, — кивнул Юра, и открыл дверь.